Таро на троих - Анна Есина Страница 147

— Ты мог отказаться! — обвинительно произнёс Тёма.

— Мог. И он поставил бы вместо меня кого-то другого, — апатично согласился Зар. — Ты разве не понял, что нашему отцу доставляет удовольствие измываться над нами?

— Как и тебе!

— Напрасно ты так думаешь.

— Тогда в следующий раз вызовись вместо меня!

— Договорились.

Тёму ничуть не успокоил манерно спокойный тон брата.

Ветер играл их одеждами, приносил солёный запах воды и далёкий крик чаек, но ни один из них не замечал этого — оба, словно прикованные невидимой силой, всматривались вдаль, где небо сливалось с морем, будто надеясь отыскать там ответ на самый важный из вопросов.

Затем мы попали на коронацию верховного архидемона. Вся элита преисподней собралась чествовать будущего властителя. Князья тьмы явились в мантиях, сотканных из ночных кошмаров, владыки бездн пылали глазами-углями, повелители мук щеголяли доспехами из застывших криков.

В центре зала, озаряемый пламенем адских жаровен, стоял архидемон: высокий, с могучими плечами и статной фигурой. Белокурые волосы сияли, словно окутанные неземным светом, а лицо, безупречное в своей красоте, напоминало лик падшего ангела. Когда древняя корона — сплетение рогов, шипастых венков и замершего пламени — опустилась на голову Зара, зал содрогнулся от глухого ропота восхищения и страха. Архидемон склонился, почтительно поцеловал руку своего отца, Асмодея, восседавшего на троне из сросшихся костей и чёрных алмазов, а затем, выпрямившись, расправил огромные крылья, отливающие багрянцем. Но в его глазах, холодных и прозрачных как лёд, не было ни торжества, ни гордости — лишь безмолвная обречённость, словно он уже знал цену, которую придётся заплатить за эту корону.

— Тебя короновали? — вырвалось у меня помимо воли, и взгляд метнулся в сторону того Зара, который наблюдал за всем происходящим с гримасой отвращения.

— К чему ты клонишь, мама? — раздражённо спросил он, игнорируя мой вопрос.

Она махнула рукой в сторону от трона. Поодаль, в тени массивных колонн, обвитых змеями из живого огня, стоял Тёма. Он не присоединился к коленопреклонённой знати, лишь молча наблюдал, как брат принимает бремя верховной власти.

— В тот момент мне казалось,что наша прежняя жизнь — с тайными беседами у огненных водопадов, с дерзкими полётами над пропастями бездны, с мечтами о свободе от вековых устоев ада — навсегда осталась в прошлом, — с грустью пояснил нынешний Тёма. — Я думал, мы потеряли друг друга навсегда.

— Так бы и случилось, не вмешайся я, — тихо предрекла Лирия. — Тебя, мой любимый, — она обняла Тёму за талию и едва не расплакалась, прижавшись ухом к его груди, — ждала не менее тяжкая участь. Но существовала иная реальность! Я её видела!

Тронный зал опустел. Остались только братья, истуканами стоявшие по обеим сторонам от массивного престола, и их родители. Асмодей держал за плечи тоненькую фигурку жены. Лирия всхлипывала. Её всю трясло и корёжило. А потом вдруг полыхнуло ярким белым светом. Чёрный балахон на женщине пронизало слепящими лучами. Грянул чудовищный раскат грома, и невидимая волна отбросила клятого демона в алом сюртуке к дальней стене.

Хрупкая девушка завизжала так, что у меня заложило уши. Она затопала ногами, и пол содрогнулся. Объяла диким взглядом потолок, и тот вспыхнул багровыми языками пламени.