Бывшие. Я сильнее, чем ты думал - Марика Мур Страница 15

А от запаха кофе и... круассана?

Повернула голову — и чуть не упала с кровати, вернее, с подушек.

Он. Сидит в кресле у окна, развалившись, как у себя дома, с планшетом в руках и чашкой. На тумбочке — поднос. Сэндвичи. Яичница. И кофе с этикеткой, за которую в магазине надо паспорт показывать, чтобы удостовериться, что ты реально готов на такие расходы.

— ТЫ ЧТО ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?! — в панике, шёпотом, но как в рупор.

Громов поднял голову, потянулся — томно, как будто только что проснулся на Бали.

— Доброе утро и тебе, Надя. Ты не поверишь, но твои слюни на подушке — это, наверное, самое милое, что я видел за последнюю неделю.

Я чуть не задохнулась.

— Ты что, псих? Маньяк? — прошипела я. — Как ты вообще сюда попал?! У тебя что, ключи?!

— Ты же не сменила замки, помнишь? И, честноговоря, — он встал, взял кофейный стакан, подошёл ко мне и протянул, — это был твой первый промах, Наденька.

Я даже не взяла кофе. Просто уставилась в него.

— У нас суд. Ты — ответчик. Я — пострадавшая. Ты врезался в мою машину, я едва выжила, не могу ходить, и ты прешься ко мне с круассанами, как будто мы на первом свидании?!

Он усмехнулся.

— Ну, если честно, мне кажется, это гораздо веселее, чем переписка через адвокатов.

Я закатила глаза:

— Ты реально не в себе. Что тебе надо? Или ты так нервничаешь перед заседанием, что решил меня задобрить яйцом пашот и карамельным латте?

Он поставил кофе рядом, сел на край кровати (на расстоянии, но всё равно НА МОЕЙ КРОВАТИ), и сказал спокойно:

— Я пришёл, потому что знаю, что ты ненавидишь жалость. Ты бы всё равно попала на процедуры сегодня сжата, как кулак, молча и одна. А я — всё равно здесь. Удобно, практично. И сытно.

Я замерла. И на какое-то мгновение мне стало страшно. Потому что его упорство начинало быть опасным. Не потому что он делал зло — а потому что пробирался туда, куда я никого не звала.

— Слушай, — я резко выдохнула. — Ты не можешь покупать моё доверие кофе, яичницей и харизмой уровня «уголовный соблазнитель». Ты же понимаешь, да?

Он кивнул.

— Абсолютно. Но я не покупаю. Я просто вторгаюсь. И, как показывает практика, у меня это неплохо получается.

Я медленно взяла кофе. Глотнула. Дерьмово, что было вкусно. Ещё хуже — что мне захотелось, чтобы он остался.

— Следующий раз я тебя засужу, Громов. И не в суде, а просто — по-человечески.

Он усмехнулся, поднялся и направился к двери:

— Слюни, Надя. Серьёзно. Крайне привлекательная деталь.

— УДАЛИСЬ!

— Уже. Но вернусь. С обедом.

Дверь закрылась.

А я осталась с кофе и одной дикой мыслью: боже, только не это…

ГЛАВА 9

Надя

— Отлично, Надежда. Вот так, ещё три раза. Нет, не наклоняйтесь — корпус ровно. Стопу тянем, тянем, не бросаем! — голос реабилитолога, как метроном, отстукивал каждую деталь движения.

Я взмокла. Тело горело, как после трёх кругов ада. Руки дрожали, а левая нога — та, что совсем не слушалась первые недели — вдруг дёрнулась. Сама. Без команды. Просто рефлекс. Но это был прорыв.

— Видели? — хрипло выдохнула я. — Она дёрнулась.

— Видел, — мой реабилитолог кивнул серьёзно. — Я бы сказал — сдвиг отличный. И знаешь почему?

Я уставилась на него, будто он сейчас озвучит какой-то космический секрет.

— Потому что ты взялась за это не с позиции «бедной пострадавшей», а с зубами. С характером. Ты не просишь помощи — ты её вгрызаешься. А таких я уважаю.