Эндшпиль - Камила Соколова Страница 15

Послышались низкие биты, музыка стала ритмичней, и это привело нас обоих в чувство. Я моргнула, и мне показалось, он тоже.

— Отдай мне клюшку, и разойдемся каждый по своим делам, – почти спокойно сказал Роберт. Почти. Ага, значит попытался взять себя в руки.

— Жду извинений за то, что назвал меня чокнутой, – я скрестила руки и расправила плечи.

На его лице отразилось изумление.

— А как еще мне тебя называть, если ты привезла ее из Москвы? Зачем, спрашивается, она мне здесь? Клуб закупает для каждого игрока абсолютно всю амуницию, в том числе и клюшки. У меня штук пять сейчас стоит в раздевалке.

Мне кажется, от его слов я даже вспотела, потому что почувствовала страшный жар, несмотря на холодный ветер. В голове стучала только одна мысль: «Миша, что ты наделала». Она сказала мне, что клюшка была предлогом, чтобы мы с Робертом поговорили, но тогда я не обратила внимания на ее слова, и только сейчас до меня стало доходить, в каком незавидном положении я оказалась.

— Я… кхм, – начала я, – Миша придумала этот повод, чтобы мы… кхм… пообщались и… – я потупила взгляд от того, как глупо звучат мои слова, а решив поднять глаза на Роберта, заметила, что он пытается скрыть раздражение.

— Ты правда меня за идиота держишь? В жизни не поверю, что моя сестра вручила тебе бесконечно дорогую для меня клюшку, для того, чтобы мы с тобой поговорили, – он издал короткий смешок, потом посмотрел на меня. – Хотя, может, это была твоя идея, может, это ты хотела со мной встретиться? И уговорила Мишу отдать клюшку тебе? Уж не знаю как, но влияешь ты на нее здорово.

От его слов у меня зашумело в ушах. Я оглянулась – вокруг сновали люди, а значит, пнуть его и убежать – не самый удачный вариант.

— Зачем мне с тобой встречаться? – я пожала плечами и постаралась, чтобы мой голос звучал как минимум ровно, а как максимум – безразлично. – Мне жалко тратить на тебя свое драгоценное время.

— Так давай не будем его тратить, – Роберт сделал шаг ко мне, приблизившись почти вплотную. – Просто отдай клюшку.

Незаметно вытерев о джинсы вспотевшие ладони, я твердо произнесла:

— Мне кажется, я достаточно ясно сказала, что для начала жду извинений. Потом поставлю тебе условие, которое нужно будет выполнить, а потом, так и быть, отдам тебе твою прелесть.

Секунду его мозг обрабатывал мои слова, а потом Роберт взревел:

— Что?!

Я вздрогнула, когда этот хоккейный громила схватил меня за руку.

— Хватит играть со мной в кошки-мышки, Мира. Мне надоели твои выходки. Выбирай: или ты сейчас добровольно и быстро отдаешь мне клюшку, или я переверну каждую комнату в этом общежитии, чтобы найти ее.

От явной угрозы мои глаза закрылись, а язык, прилипший к небу, с трудом повернулся, и я прохрипела:

— Извинись.

Глаза я не открыла. Чувствовала только огненные пальцы Роберта, вцепившиеся в плечо крепко, но не настолько сильно, чтобы причинить мне настоящую боль, и слушала тишину, прерываемую его глубоким дыханием. Он молчал, и я не понимала, хороший это знак или нет. Наконец я решилась взглянуть, что происходит. Лицо Роберта было близко к моему, очень близко. Я даже смогла рассмотреть едва заметную родинку над левой бровью, которую раньше никогда не замечала, его длинные загнутые ресницы… и… Он резко отодвинулся от меня, устало потер переносицу.