Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье - Ольга Обская Страница 151

Натали закрыла глаза. Мир исчез, остался только этот аромат.

— Это… — её голос дрогнул, — это невероятно.

Поль едва слышно сказал:

— Формулы пришли ко мне ещё в тот первый день, когда мы приехали в Вальмонт. Я уже тогда был влюблён. Просто… не сразу это понял.

Натали открыла глаза и посмотрела на него. Она знала, что его слова — чистая правда. Только влюблённый способен создать такой аромат.

Она улыбнулась сквозь слёзы и пробормотала, стараясь вернуть привычную иронию:

— Ах ты, беззастенчивый хитрец. Ты применил запрещённый приём. Ни одна женщина на свете не могла бы сказать “нет”, если ей подарили такой аромат. Но… справедливости ради, я тоже влюбилась в тебя уже давно. Ещё до всяких формул.

Поль прерывисто вдохнул и выдохнул.

— Значит, это “да”? — спросил он, и в голосе слышался мальчишеский азарт. Он аккуратно снял маску сначала с её лица, потом со своего.

Натали улыбнулась и кивнула:

— Разумеется, да.

И в следующую секунду его губы коснулись её губ. Поцелуй был нежным, но в нём чувствовалась власть: Поль будто заявлял перед всем миром свои права.

— С этой минуты, — прошептал он, прерываясь на смех и дыхание, — я больше не позволю ни одному “баклажану”… или любому другому овощу… претендовать на твои танцы. Или вообще на твоё внимание.

Натали рассмеяласьи, решившись на робкую смелость, ответила на его поцелуй. И в тот миг почувствовала, как дыхание Поля сбилось, как будто этот уверенный, непоколебимый мужчина оказался повержен её простым “да”.

ГЛАВА 79. Звенящая скандалом тишина

Мадам Боше стояла у окна, едва сдерживая раздражение. Ещё один “баклажан” — и снова не Сигизмунд. Сколько же их развелось на этом балу! Казалось, весь Хельбрук сговорился надеть фиолетовые камзолы и штаны, лишь бы довести её до белого каления.

Она нетерпеливо тронула перчаткой кружево на рукаве. План был идеален, безупречен, продуман до мельчайших деталей… и всё же нитки начали рваться одна за другой. Лизельда наверняка подвела — она пока и не подумала подойти и отчитаться, сделала ли порученную работу. А Сигизмунд! Бал в разгаре, музыканты уже играют третий танец, а его всё нет и нет. Он что, собрался весь бал провести в театральной уборной? Бестолочь! Ни на кого нельзя положиться.

Она ощущала, как неприятное предчувствие ледяной волной растекается по спине. Если и дальше сидеть сложа руки, всё рухнет. Нет. Нужно самой взять всё под контроль. Благо, она уже вычислила, в каких костюмах ван-Эльст и его “жёнушка”.

Боше прищурилась и выпрямилась, мгновенно вернув себе ту властную осанку, перед которой трепетали и в дешёвых тавернах, и в столичных салонах. Призы должны были вручаться в финале бала? Чепуха! Она найдёт Бужоне и заставит этого трусливого градоначальника перенести церемонию. Немедленно. Пусть Поль прямо сейчас увидит, что его драгоценные формулы перекочевали к его злейшим конкурентам. Вот тогда будет настоящий удар — при всех, под звон бокалов и под шёпот толпы.

Сжав веер так, что тот едва не треснул в её ладони, мадам Боше решительно направилась за кулисы. Там, несомненно, и прятался Бужоне, посчитавший за лучшее держаться подальше от публики. Что ж, сегодня он послужит её планам — хочет он того или нет.

Аристид Бужоне осторожно выглядывал из-за кулис, проверяя обстановку в танцевальном зале. Сердце у него колотилось, но пока всё шло удивительно гладко. Музыканты играли без фальши, хрустальные люстры сияли без устали, гости улыбались, танцевали и смеялись. Он даже собственными глазами видел, как их величества — “цветок кофе” и “хищная лиана” — кружились в вальсе. И, кажется, были вполне довольны.