Зимнее солнце - Бейза Аксой Страница 153

Я была настолько ошеломлена, что не могла произнести ни слова; я просто пыталась осмыслить услышанное. Когда Кунт понял, что я не в состоянии говорить, он сам включился в разговор.

— Вы в курсе, у какого ростовщика он занимал деньги?

— Он известен как Слепой Салим. Больше я ничего не знаю. Время от времени они приходят в мой офис, громят все и уходят, – сказал господин Халюк. – После смерти Карама я думал, что все закончится, но я ошибался. Их люди приходят каждую неделю, чтобы запугать меня. Если бы я не инициировал судебный процесс и рассказал все как есть Карадже, они бы убили всю мою семью, а меня бы оставили в живых, чтобы я мучился. Я не мог пойти на такой риск…

— Все понятно, – прервал его Кунт, давая понять, что не желает больше ничего слышать. – Прямо сейчас поезжай домой, собери свою семью и жди нашего звонка. Поскольку этот тип, которого ты называешь Слепым Салимом, каждую неделю появляется у тебя в офисе и считает нужным напоминать о себе, он, скорее всего, следит за тобой; вероятно, прямо сейчас нас фотографируют и он уже знает о нашей встрече. Однако ты понимал, что подобное произойдет, ты нарочно сказал это Карадже, ты заговорил по собственной инициативе…

Я содрогнулась от второй волны шока, и посмотрела на господина Халюка: он виновато смотрел на Кунта.

— Простите… Я узнал вашу машину. Мне не поможет ни полиция, ни кто-либо другой… Только вы можете мне помочь. Помогите мне покинуть страну, у меня есть сбережения и вещи, которые я могу продать, я просто хочу исчезнуть отсюда бесследно.

— Поможем, – сказал Кунт, поднимаясь из-за стола.

Мы быстро расплатились по счету и пошли на парковку. Холод и мысли парализовали меня, я была потрясена и шокирована и боялась, что если хоть что-то скажу, то мои эмоции тут же отразятся на моем лице. Я не ожидала такого… А ведь это только начало.

Когда мистер Халюк попрощался, сел в машину и уехал с парковки, я застыла. Кунт, заметив, что я остановилась, развернулся и направился обратно ко мне. Когда он подошел, я опустила голову и закрыла глаза. Я стала пешкой в игре господина Халюка; он хотел поговорить с Кунтом, и я заглотила наживку, которую он мне подсунул.

— Прости, мне не следовало тебя звать…

— Не глупи, Караджа, и не думай, что ты стала орудием в руках этого адвоката. Если бы он действительно хотел связаться со мной, он нашел бы способ сделать это рано или поздно. Ты сделала то, что должна была сделать. – Я ощущала на себе взгляд карих глаз, но продолжала упорно смотреть вниз.

Кунт взял двумя пальцами мой подбородок, заставляя меня поднять голову и взглянуть ему в глаза.

— Ты должна меня звать, – сказал он строгим голосом. – Что бы ни произошло, ты должна рассказывать мне, Караджа. Мы начали этот путь вместе. Помнишь, что ты мне сказала, когда мы были в Кайрадаге? Что если я попытаюсь поставить тебе подножку на нашем совместном пути, то ты закопаешь меня на этой дороге при первой же возможности, даже если это будет стоить тебе жизни, помнишь? Поэтому не следует переживать из-за таких мелочей.

Иногда я ощущаю, как его слова проникают в мой разум и оттуда движутся прямо в сердце. В такие моменты его запах, подобно опьяняющему эликсиру, вызывает во мне трепет, а его приятный тембр голоса эхом отдается в моем сознании, завораживая меня.