Поэма о Шанъян. Том 3–4 - Мэй Юйчжэ Страница 153

— Ванфэй, осторожнее! – Сун Хуайэнь шагнул вперед и оттащил меня от огня. Тетя Сюй закричала и потребовала скорее потушить огонь – некоторые книги уже сгорели дотла.

Прижав к себе, Сун Хуайэнь вытащил меня из комнаты. Я упала ему в руки и разрыдалась.

Тетя Сюй и служанки рухнули на колени и зарыдали вместе со мной.

— Ван-е отдал жизнь за родину, память о нем будет существовать вечно. Однако, ванфэй, ситуация на фронте угрожающая. Прошу, умерьте печаль. Сейчас нужно уделить внимание самому главному.

Сун Хуайэнь смотрел на меня с печалью.

Закрыв лицо руками, я грустно улыбнулась.

— Причем тут обстановка на фронте? Ван-е мертв! Для чего мне продолжать бороться?!

Тетя Сюй подошла ко мне, опустилась на колени и с текущими по щекам слезами сказала:

— Маленький принц, очаровательная цзюньчжу и столько людей полагаются на тебя… А-У…

— Неужели ванфэй будет просто стоять и смотреть, как при дворе начнется хаос? Смотреть, как то, над чем ван-е трудился всю свою жизнь, рухнет в одночасье? – Сун Хуайэнь сжал мое плечо.

Я подняла глаза и пристально посмотрела на него. Я смотрела на до боли знакомое лицо. Слово «верность» было написано в уголках его бровей. Но его слова вдруг поразили меня в самое сердце.

— Ван-е больше нет. Армия и двор остались без лидера, как стая драконов без главы. Между генералами и министрами начнутся разногласия. В любой момент может начаться переворот. – Он говорил с печалью в голосе, с обеспокоенным выражением лица. – Ванфэй должна продумать план. Хуайэнь готов поклясться, что будет защищать ванфэй и маленького наследника до самой смерти!

Печально закрыв глаза, я опустилась перед ним на колени.

Он пораженно замер, но затем поспешно опустился на колени за мной следом.

— Ванфэй, что вы делаете?

Я подняла на него заплаканные глаза.

Он открыл рот и на мгновение лишился дара речи.

— Хуайэнь, единственный человек, которому я могу довериться сейчас, – это ты.

Тело мое дрожало, а слезы катились по лицу.

Взгляд его переменился – он еще долго смотрел прямо на меня. Тяжело вздохнув, он медленно положил передо мной земной поклон.

— Хуайэнь клянется жизнью, что будет защищать ванфэй до самой смерти!

— Среди солдат у тебя высокий авторитет, ты талантлив и добродетелен. Только ты сможешь убедить народ и подарить всем надежду.

Он нерешительно ответил:

— Как бы там ни было, командовать войсками без жетона тигра [156] ван-е не представляется возможным…

Я опустила голову, сердце похолодело. Пепел последней надежды рассеялся, и дым исчез. Хуайэнь, это правда ты. Сердце потяжелело. Во мне не осталось ни ненависти, ни гнева. Ничего.

Жетон тигра в руках Сяо Ци состоит из двух половинок – одна была у него, а вторая – у меня. Это – самое дорогое, что оставил мне Сяо Ци перед тем, как отправился в военный поход.

Формально я могла воспользоваться этим жетоном, чтобы мобилизовать войска со всей Поднебесной. Вот только свободных осталось только сто пятьдесят тысяч солдат в столичном пригороде.

В тот день я с улыбкой сказала ему, что я всего лишь женщина, у меня даже нет военной должности. И что даже с жетоном тигра я не смогу командовать войсками всей Поднебесной. Но, если этот жетон попадет в руки Сун Хуайэня, он будет обладать несравненной силой. Он уже стал вторым канцлером, много лет служил в армии, он пользовался большим авторитетом. Теперь, когда два рода – Ху и Тан – лишились всего, если Сяо Ци погибнет, все будут почитать только его. Если жетон попадет ему в руки, он закономерно получит всю военную власть. После чего с легкостью сможет отстранить императора и от его имени командовать ванами. Он заменит Сяо Ци.