Измена. Ушла красиво - Ася Исай Страница 16

Недели текут одинаково. Иван восстанавливается, я разрушаюсь. Он набирает сброшенный вес, я таю на глазах. Он возвращается к жизни, я ухожу в себя все глубже.

В декабре приходят морозы. Минус двадцать пять, окна покрываются узорами, дыхание превращается в пар. Маша радуется первому снегу, лепит снеговиков во дворе. Мы с Иваном стоим у окна, наблюдаем. Он обнимает меня за плечи — по-дружески, без намека на близость.

На Новый год традиционно собираемся у моих родителей. Иван помогает отцу с гирляндами, шутит с тещей, играет с Машей в настольные игры. Идеальный зять, примерный отец.

— Ты какая-то бледная, — мама присаживается рядом, щупает мой лоб. — Не заболела?

— Устала просто. Конец года, сама знаешь.

Она смотрит внимательно, но не настаивает. В нашей семье не принято копаться в чужих проблемах.

Тридцатого декабря Иван уезжает в командировку. Питер, важный клиент, никак не подписывают договор. Обычная история, если бы не одно "но" — в новогоднюю ночь трассы закрывают из-за снежного бурана.

— Прости, солнце, — его голос в трубке приглушенный, на фоне слышно голоса. — Застрял тут до завтра минимум.

— Ничего страшного, — говорю спокойно, глядя на экран телефона с геолокацией.

Точка находится не в Питере. Даже не в отеле. Частный дом в Подмосковье.

— Встретишь в гостинице?

— Да, конечно. Тут... тут корпоратив небольшой у клиентов. Посижу часок и в номер.

Ложь льется так естественно, что я почти восхищаюсь. Годы практики.

— Хорошо. Не пей много.

— Не буду. Поцелуй Машку. Люблю вас.

Три слова, откоторых меня выворачивает. Отключаюсь, не попрощавшись.

Новый год встречаем вчетвером с родителями. Маша загадывает желание, зажмурившись. Интересно, о чем просит? О кукле? О поездке в Диснейленд? Или о том, чтобы папа с мамой снова улыбались друг другу?

Фейерверки за окном озаряют небо разноцветными вспышками. Шампанское щиплет нос пузырьками. Мама обнимает папу, они чокаются бокалами, смотрят друг на друга теплотой.

А я стою у окна и думаю о муже, встречающем Новый год в чужой постели. Интересно, они тоже пьют шампанское? Загадывают желания? Смеется ли она над его шутками? Целует ли его в полночь?

Грудь сдавливает так, что не продохнуть. Выскальзываю на балкон. Мороз кусает щеки, ветер задувает под платье. Стою, вцепившись в перила, и вою в себя. Тихо, чтобы не услышали.

Он возвращается только второго января.

Зима тянется бесконечно. Январь, февраль, март — серые, одинаковые дни.

Играю роль все лучше. Улыбаюсь, готовлю, поддерживаю беседы о погоде и работе. Иван расцветает — к весне окончательно слезает с антидепрессантов, возвращается аппетит, начинает поглядывать на меня с робким интересом.

Я же увядаю. Зеркало показывает изможденное лицо, острые скулы, провалившиеся глаза. "Похудела", — одобрительно говорят подруги. Если бы знали, какой ценой.

В апреле не выдерживаю.

Иван уезжает на выставку в Сочи — на этот раз правда. Маша на каникулах у бабушки. Я одна в пустой квартире с призраками прошлого.

Достаю из шкафа старую папку — туда складывала все "улики". Скрины геолокации. Адрес того дома. Фото той женщины из соцсетей. Профиль закрытый, но аватарку разглядеть можно.

Решение приходит спонтанно. Одеваюсь — джинсы, кроссовки, невзрачная куртка. Беру машину, еду по навигатору. Час по пробкам. Особняки за высокими заборами, камеры на каждом столбе, охрана на въездах.