Не с тобой. Дилогия - Gesiona Страница 167

— Тайлер! — ахнула Алиса. — Нельзя же так подкрадываться!

— Я не специально. Вы так увлеченно беседовали, — он сделал несколько шагов, подойдя к самому столику. — Привет, Алекс.

Александра кивнула и совершенно неосознанным жестом скрестила обе руки на животе. Жестом ненужным и запоздавшим, потому что Тайлер и без того смотрел только на ее выпирающий круглый живот. Повисшее молчание становилось все более тягостным.

— Что ты здесь делаешь? — несмело поинтересовалась Алиса.

Он как-то странно дернул шеей и ответил, не сводя глаз с Алекс:

— Я был неподалеку. Джей попросил подхватить тебя. У вас, вроде, какое-то мероприятие сегодня.

— Да, конечно, — видя, что Сашка по-прежнему пребывает в полнейшем ступоре, Алиса поспешно поднялась. — Мы, и правда, засиделись. Едем, да?

— Едем, — согласился Тайлер и спросил: — Тебя подвезти, Алекс?

Та затрясла головой:

— Я… я на такси. Нам все равно не по пути. Увидимся, Алиска. Пока.

— До встречи! — завершила ее скороговорку Алиса.

До машины дошли молча. Усевшись на сиденье, Тайлер задумчиво побарабанил пальцами по рулю и повернулся к Алисе.

— Нет, — твердо сказала она, глядя перед собой, — даже не пытайся. Я ничего не стану тебе объяснять. Если считаешь нужным, задай вопросы Алекс.

— Задам. Еще как задам, — негромко произнес он. — Значит, апрель, говоришь?

* * *

Нолан нетерпеливо мерил шагами гостиную, время от времени поглядывая на настенные часы, выполненные в уж очень авангардистской манере. Кубики с цифрами были разбросаны в хаотичном порядке чуть ли не по всей стене и сходу разобраться, который час было совершенно невозможно. Это раздражало. Собственно, как и все в этом доме, который Клодин, устав кочевать по отелям, арендовала вместе с мебелью и всем барахлом. Владелец явно был горячим поклонником современного искусства, о чем свидетельствовали абсолютно невменяемые, с точки зрения Нолана, картины на стенах, безделушки неопределенного назначения на многочисленных полках и сама мебель с обилием острых углов и изломанных линий. Своего апофеоза нестандартные устремления неведомого дизайнера достигали в столовой, выдержанной в красных и белых тонах. Массивные стулья были сделаны из искусственного камня, и сидеть на них представлялось возможным, лишь подложив под зад подушку, над головой угрожающе нависали круглые полосатые светильники, живо напоминающие осиные гнезда, ну, а пол и стены украшали громадные спиралевидные круги, подобные хорошо известным кругам инопланетян на полях возле Эйвбери. После короткого созерцания новаторских находок поклонника авангардизма глаза неудержимо норовили собраться в кучку. Нолан с удивлением осознал, что рожден консерватором, и ел на кухне, приткнувшись за барной стойкой.

— Кло! — не выдержав, позвал он. — Сколько можно возиться?

— Не ори! — с достоинством откликнулась откуда-то сверху сестра. — Еще уйма времени.

Нолан вздохнул и, сняв пиджак, рухнул в кресло возле журнального столика. Он вернулся из Бангкока сегодня днем, проведя в самолете семнадцать с половиной часов, устал, хотел спать и не испытывал абсолютно никакого желания идти на какой-то там ланч, пусть даже это был ланч HFPA. Но ассистентка и пиар-менеджер насели на него с обеих сторон и принялись настойчиво долбить о том, что мероприятие такого уровня игнорировать просто неприлично, что само приглашение уже много о чем говорит, что засветится лишний раз на публике накануне премьеры совсем не помешает и прочее, прочее, прочее. Нолан эмоционально высказал им все, что думал о званых обедах и навязчивых помощниках, и с ненавистью влез в костюм.