Приват для Крутого - Екатерина Ромеро Страница 179

Как Воробей спорила всегда со мной, возражала, пыталась доказать свою правоту. Что, и тогда играла? Мне уже тошно от этих мыслей, и кажется, словно вот-вот взорвется голова.

Впервые за столько лет я полюбил – и тут такая промашка, а теперь что будет, я вообще не понимаю. Все в каком-то дурмане: и мигалки эти, и люди Гафара, которые приехали сопроводить нас до больницы.

Я еду следом за скорой, Ганс за мной, Соловей где-то пытается вычислить ту машину, хотя я не уверен, что он их догонит, и этот пиздец не заканчивается! Все только хуже становится, и нет этому конца.

Приезжаю в больницу, Дашу сразу увозят в операционную, я жду в коридоре. Ноги как ватные, дышать тяжело, и я уже реально жалею, что узнал эту правду. Лучше бы она и дальше меня дурила. Лучше бы я верил в ее красивую сказку о сироте, чем знал такое. Тогда, может, Фари был бы жив и все как-то держалось, а теперь такое ощущение, что все просто разваливается, и нас так шатает, что я не знаю уже, за что хвататься, куда бежать.

– Алло, Игорь…

Щелкаю зажигалкой, а она не работает. Подходит Ганс, помогает закурить. Мои руки дрожат. Только сейчас замечаю, что я весь в крови. В крови своей предательницы.

– Да, говори.

– Я, то есть мы у тебя в больнице.

– Что-то случилось?

Прикрываю глаза, реально уже не могу, я устал, и я не знаю, у кого мне просить помощи. Натакой пиздец у меня всегда был Фари, был Брандо под боком, и все было легко, мы все вместе, а теперь что? Одни осколки, и нас раскидало по углам, я никак не могу собрать Прайд вместе.

– Даша, она здесь. Ее забрали в операционную с огнестрелом.

– Савелий Романович… ну я же просил.

– Я знаю. Это была моя пуля. Игорь, я прошу тебя, ты можешь подняться в это крыло? Я хочу знать, что там происходит. Что-то долго никто не выходит.

– У меня сейчас пациенты, но я подойду, как смогу. Если операция идет, то никто выходить не будет. Это нормально.

– Ладно, жду. Приходи сюда.

Отключаю телефон и переглядываюсь с Гансом. Хотя бы он рядом. Почему-то не отходит от меня.

– Гоша, иди домой.

– Да куда мне спешить, кто меня дома ждет, пауки под диваном? Может, выпьем кофе? Видел буфет на первом этаже.

– Да, хорошая идея.

Ожидание хуже всего, и секунды ползут как гребаные улитки. Проходит час, Игорь подтягивается, но из операционной нет новостей, и меня начинает колотить.

– Ганс, я покурить выйду.

– Хорошо. Я здесь буду.

Выхожу на крыльцо, моросить начало, и туман такой, что ни хрена не видно. И мы, точно ежики в тумане, заблудились все, и нет пути назад.

– Алло, Гафар, Соловей звонил? Вы нашли наемников?

– Нет, вообще ничего. Мы тупо все обшарили. Ты точно машину не перепутал?

– Точно. Ищите, они попали в моего человека!

– Сам цел?

– Цел… Гафар, я сам уже не вывожу. Где этот чертов Брандо?! Притащи его, в какой бы стране он ни грел бока.

Тишина в трубке, а после я слышу бас Черной Бороды:

– Хорошо, что ты напомнил о нем, как раз есть новости. Фараон не выезжал за границу.

– Что? Подожди, что ты сказал?

– Что слышал. Саня после похорон Фари никуда не уезжал. Его не было ни в Германии с Моникой, как мы думали изначально, ни в Испании у родственников. Здесь он, не покидал родину.

– Тогда какого хуя он не выходит на связь?!

– А это хороший вопрос, Крутой. Можно было бы сказать, что его убрали где-то по-тихому, но это Брандо, хрен ты его поймаешь. Они похожи с Фари. Он где-то залег на дно. Причины я не знаю.