Наши лучшие дни - Клэр Ломбардо Страница 185

* * *

Воскресенье, у Дэвида выходной, Мэрилин собралась в Олбени-Парк, к свекру. Дэвид косил лужайку. Грейси была рядом. Для нее установили комплект – качели с горкой. Мэрилин заглянула во двор попрощаться и обнаружила, что малышка одна, без присмотра и поддержки, стоит на горке. Выронив сумочку, Мэрилин бегом бросилась к дочери, ибо муж, увлеченный косьбой, ничего вокруг себя не видел, а из-за жужжания косилки и не слышал.

— Солнышко, мы же договорились: когда ты одна, на горку лазать нельзя, – задыхаясь, упрекнула Мэрилин.

— Но ведь папа – вон он, – парировала Грейс.

Действительно не понимает? А может, ехидничает? Мэрилин терялась в догадках, кто у нее младшенькая – злой гений или его полная противоположность?

— Дэвид! – позвала она.

Муж и ухом не повел. Он удалялся от Мэрилин, давя на рукоять косилки. Он увидел ее не прежде, чем достиг противоположного края лужайки и развернулся. Выключил мотор, подождал, пока механизм полностью затихнет.

— В чем дело?

Мэрилин указала на Грейс:

— Ну и что? Я всего в десяти футах[124].

— Грейс слишком мала, чтобы одной играть на горке.

— Ничего не мала! Не мала! – послышалось сзади.

— Господи Иисусе! – вырвалось у Дэвида.

— Отслеживай Грейс, очень тебя прошу. А мне пора, меня твой отец дожидается.

— А если я не мала? Если я уже большая, мама? – Грейс зачастила – верный признак, что слезы на подходе. И вдруг качнулась – стоя на самом верху горки! – от одного поручня к другому.

Мэрилин внутренне сжалась:

— Грейси, давай спускайся. Сию секунду. Как я тебя учила – на попе, ножками вперед.

— Мэрилин, ты устроила целую сцену, – сказал Дэвид.

Грейс уже ревела, причем рев грозил перерасти во вспышку гнева. Налицо были все признаки – ручки занемели, Грейс отчаянно топала ножкой в кроссовке. Да, Мэрилин устроила целую сцену – обнаружила, что муж и дочь отлично проводят время вместе, пришла и все испортила. Потому что стоило ей увидеть Грейси на горке, как собственная ее голова превратилась во флипбук – то есть перед глазами замелькали, как в мультике, картинки: Грейс теряет равновесие, падает, пробивает череп и так далее. А Мэрилин не сможет перешагнуть порог больницы; не сможет, и все. По крайней мере, через столь короткий интервал. Было время, когда Дэвиду такие вещи растолковывать не приходилось. Но главное – заняв позицию, нужно идти до конца. Об этом во всех книгах по педагогике сказано, а уж Мэрилин их достаточно прочла. Будьте тверды, когда наказываете ребенка; не отступайте; не позволяйте супругу подрывать ваше решение (даже если – особенно если – супруг не ведает, что творит).

Зареванная Грейс, продолжая всхлипывать, соскользнула вниз по оранжевому пластиковому «языку». Будь Мэрилин в другом настроении – сочла бы сцену комичной.

— Иди на ручки, солнышко!

К ее удивлению, Грейс побежала к отцу. Дэвид подхватил ее, и девочка уткнулась в его поношенную рубашку поло.

— Ну спасибо, – съязвил Дэвид, глядя на Мэрилин поверх темной дочкиной головки.

— А вот не надо так со мной. Я уезжаю. Не знаю, когда вернусь. После ужина Грейс нужно выкупать.

— Не ну-у-у-жно! – заревела Грейс, лягая отцовские бока.

Мэрилин вдруг зависть взяла к маленькой Грейс: как уютно ей на отцовской груди! Она погладила дочь по спинке, но Грейс застыла, а через секунду рыдания возобновились. Мэрилин сверкнула глазами на Дэвида.