Развод. Вторая весна генерала - Полина Измайлова Страница 19

Муж и его мать смотрят на меня в каком-то ожидании, видимо исчерпав нужные аргументы, тогда их даю я:

— В общем, так. Или вы дадите мне жить спокойно это время до выборов, или я сейчас ухожу и устраиваю скандал!

— Да ты… Ну ты только посмотри на нее!

— Мам… – Стас цепко хватает мать за локоть и тащит на выход. – Мам, не надо нервничать, и зачем ты вообще пришла? Я не маленький, мы сами разберемся! Я провожу тебя…

— Сынок? Нет, ну я хотела как лучше, я… Ладно…

Она бросает на меня полный презрения и ярости взгляд, после чего Стас уводит ее за дверь, бормоча что-то вроде – я вернусь, и мы поговорим.

Дверь хлопает, я погружаюсь в гулкую тишину, которая опустошает. После ссоры со свекровью и мужем во мне словно вакуум образовался, и я не знаю, чем его заполнить.

Надо выдохнуть, успокоиться, в себя прийти…

Подумать…

Но я не успеваю.

Едва захожу на кухню, минут десять простояв в коридоре неподвижно, как снова слышу щелчок замка.

Уже думаю, что так быстро вернулся Стас, но по звукам понимаю, что не он пришел. Значит, это Герман.

— Сынок? – иду к нему и застываю на месте от ужаса.

Сын держится рукой за стену, а на лице у него я замечаю ссадины, кровь…

Господи!

— Герман, что случилось? Господи… – бросаюсь к нему, он выставляет руку вперед.

— Мам, всё хорошо, не беспокойся.

— Хорошо?! Ты весь в крови! На тебя напали?

— Не на меня, мам… На одну девчонку, хулиганы к ней пристали, я защитил. Навалял им, – усмехается и тут же кривится, губа у него тоже разбита и кровит.

— Пойдем скорее на кухню, обработаю! Что за девочка? Объясни!

Кошусь на дверь, будто эти самые хулиганы сейчас в нее ворвутся.

Страх мечется внутри, сбивая дыхание и вынуждая сердце суматошно колотиться, дрожащие руки не могут найти себе места – я постоянно зачем-то волосы трогаю, губы, потом, когда в кухне оказываемся, открываю не те дверцы у шкафчиков, прежде чем найти и достать аптечку.

— Мам, всё нормально, – сын замечает мое паническое состояние, видимо, пугается, что это всё из-за него, ведь он не знает, что только добавил своим ЧП мне нервов после ссоры с мужем и свекровью.

На лице у него появляется извиняющееся выражение.

— Мам, давай я сам…

Двигает ящик с лекарствами, к себе поворачивает, и тут я прихожу в себя, мать-наседка берет верх, и я принимаюсь обрабатывать раны на лице сына.

— Расскажи всё, как было.

— Да что рассказывать? Шел по парку, срезал, как обычно, путь, увидел, что какие-то парни девчонку достают. Ну и вмешался. Потрепал их немного, – расплывается в улыбке.

Протирая его раны ватным диском, головой качаю.

— Кто еще кого потрепал…

— Мам, ну, их трое было, а я один. Они убежали, а я потом ее еще домой провожал.

Мечтательное выражение на лице сына сбивает с толку. Никогда такого не видела.

— Она… А что за девочка? – интересуюсь, нахмурив брови.

Как-то мне вся эта история не нравится, что-то в ней напрягает.

— Мам, она хорошая, – Герман улыбается, – Вика зовут… Виктория, победа…

Победа… Вздыхаю, глядя на сына. Совсем вырос мой парень!

Знать бы тогда, чем для нас обернется эта его Победа!

Глава 11

Сижу в кабинете директора в одном из магазинов, с бухгалтером, сверяем документы.

Работа муторная, но делать ее надо. Налоговая, конечно, знает, что магазины принадлежат мэру и его жене, но злоупотреблять нельзя. Как раз нужно стараться работать хорошо, именно потому, что владельцы магазина – мы.