Заложница дьявола - Аделина Жемчужева Страница 190

Я поднял руку, раскрывая ладонь, ясно давая понять, что этот разговор закрыт. Я не хотел говорить о ней. Не сейчас.

Она бросила нас. Просто ушла.

И я не мог это отпустить. Не мог забыть, как она наорала на меня в тот день, как её слова врезались в память, оставляя за собой горький след.

— Мама всегда была к тебе добра, Эмир, — не унимался Аэрин.

Я стиснул зубы.

— Аэрин, я не хочу говорить о ней. Она сделала свой выбор и ушла, оставив нас.

— Ты обещал, что дашь мне шанс найтиеё.

Я вздохнул, но голос остался жёстким:

— Дам. Но тебе придётся подождать. Она не в Тенебрисе. Она далеко. Возможно, на землях наших врагов.

Аэрин смотрел на меня напряжённо, с ожиданием.

— Как только война закончится… Обещай мне, что позволишь её найти. Я хочу вернуть её домой.

Я посмотрел в его глаза, полные упрямства и надежды.

— Если победа будет за мной, то обещаю.

Аэрин кивнул.

* * *

Я был вымотан к чёрту. День выжрал из меня все силы, но даже через усталость, через напряжение, что тянуло мышцы, я чувствовал одно — я хочу её.

Лилу.

Сука, как же я хочу её.

Меня разрывало изнутри от этого грёбаного воздержания. Я сжал кулаки, пытаясь успокоиться, но какого хрена? Зачем я вообще даю ей время? Жду, пока она «придёт в себя»? Чушь.

Она моя.

Её тело принадлежит мне.

Я должен просто взять её, прямо сейчас, прижать к кровати, раздвинуть её чёртовы ножки и поиметь так, чтобы она запомнила, кому принадлежит.

Но я жду.

Почему, мать его, жду?

Её изгибы, её кожа, её проклятые взгляды, когда она думает, что я не замечаю. Чёрт, я всё вижу. Я чувствую, как она сама жаждет этого.

Но делает вид, что ненавидит меня.

Глупая девчонка.

Я усмехнулся, облизывая пересохшие губы.

Если она думает, что я долго смогу сдерживаться, то она ошибается.

Я ходил по комнате, словно зверь в клетке. Чёрт. Меня трясло от напряжения, от злости, от дикой, звериной жажды её тела. Почему я, как последний идиот, дал ей столько времени прийти в себя?

Я хотел её. До дрожи. До боли в кулаках. До помутнения рассудка.

Дни без неё тянулись как грёбаная пытка. Я пытался заглушить желание делами, тренировками, но оно только разгоралась сильнее. Она сидела у меня в голове, в каждом чёртовом мгновении.

А главное — она тоже этого хочет.

Я это вижу.

Я это чувствую, когда ловлю её взгляд. Когда она думает, что я не замечаю, как её тело выдаёт её с потрохами.

Но упрямая.

Сука.

Может, стоит зайти к ней прямо сейчас? Просто взять её и напомнить, кому она принадлежит?

Я выругался, потирая шею.

Если я сейчас зайду к ней, то уже не смогу остановиться.

Чёрт бы её побрал.

Я хотел трахнуть её так, чтобы она до утра не смогла встать с постели. Чтобы её тело помнило меня даже тогда, когда я уйду на войну.

Я знал,что сделаю это.

Просто ждал момента.

Ждал когда оправится.

Несколько дней назад, когда я приказал лекарше осмотреть её, та сказала, что Лилу слишком измотана и ей нужно время, чтобы прийти в себя.

Но у меня этого времени больше нет.

Скоро я уеду на войну.

Я не могу ждать.

Я распахнул дверь и направился в её комнату.

Достаточно. Она хорошо отдохнула.

Мои шаги были быстрыми, решительными. Приоткрытая рубашка слетала с плеч с каждым движением, но мне было плевать.

Я знал, чего хочу.

Я распахнул дверь, не утруждая себя стуком. Комната была погружена в полумрак — лишь тусклый свет от камина плясал по стенам.