Бывшие. Врачебная ошибка - Дина Павлова Страница 2

— Я не понимаю о чем ты!

— Не понимаешь? Ты не головой это все зарабатываешь, а другим местом! И не буду говорить каким! Ты сама знаешь, – рявкает так громко, что наверно слышно даже в коридоре.

— Ты просто больной! Нет, ты… Ты ведь и сам не веришь в то что говоришь, – я качаю головой. – Ты же не можешь так про меня думать.

— Я думал о тебе гораздо лучше. Но сейчас, если ты еще хоть на минуту здесь задержишься, я за себя не отвечаю, – он подходит ко мне вплотную. Его лицо настолько перекошено ненавистью, что я в мгновение ока оказываюсь возле двери. Я не верю что Дима всерьез меня в чем-то подозревает. Такого просто не может быть!

— И кто уже мой любовник в таком случае? – нет, я все-таки хочу понять в чем конкретно меня обвиняют! Да и вообще откуда ноги растут!

— Ну, во-первых, он не один, ты там удовлетворяешь всех кто нравится, а, во-вторых… Хочешь чтобы я тебе напомнил кто тебе обеспечивает безбедное существование? Алексей Иванович! Вот кто?

— Какой Алексей Иванович? – хлопаю глазами, – Ты что, ректора имеешь ввиду?

— Его самого! А что, у тебя несколько Алексеев Ивановичей? – Он с тобой спит!

— Он со мной спит? – у меня глаза на лоб лезут. В возрасте Алексея Ивановича только просто спят, а не с кем-то, – Дим, ты чего? Ему же семьдесят один год! – всплескиваю руками.

— Вот поэтому катись отсюда пока живая!

Глава 2. Марта

Четыре года ранее…

Я возвращаюсь домой совершенно опустошенная… Домой. Увы. Это больше не мой дом. Я не понимаю, я ничего не понимаю! Как Дима мог так быстро меня возненавидеть? За что? И как ему вообще пришла в голову мысль что я могу вести разгульный образ жизни? Что за бред!

Да, я с ректором общаюсь. Он помогает мне в моей научной работе! Он хороший человек с безукоризненной репутацией! И он отнесся ко мне с теплотой дедушки или отца. Не было ни в его словах, ни в действиях никакой гадости. Да, в институте он может остановить меня, о чем-то спросить или даже позвать обсудить что-то. Но это касается исключительно науки! И я не одна такая, хоть нас, конечно, с кем Алексей Иванович общается, не так уж и много. Он говорил что у меня хорошие перспективы. Я даже участвовала в международной конференции благодаря ему!

Только никому и в голову не могло прийти что я имею интимные отношения с человеком, который годится мне в дедушки! Как же такое мог сказать Дима! Как он такое подумал!

Зайдя в квартиру, я с тоской обвожу взглядом наше гнездышко, где мы почти год провели вместе. Мы съехались очень быстро! В тот самый день, когда я, приехав на практику в больницу, услышала приятный низкий голос:

— Это кто у нас? Практикантка?

Боже, как я волновалась! Ведь я впервые должна была ассистировать при операции!

Я тогда посмотрела на Диму… Дмитрия Игоревича. И пропала. Это странно сочетание хмурого, сурового лица и такого притягательного голоса. Холодного взгляда и горячей кипучей энергии.

Он уже был врачом с репутацией. Талантливый хирург с золотыми руками. Его нам ставили в пример. А девчонки… О, как они по нему сохли! В нем было что-то от Мефистофеля. Одинокий, саркастичный, уставший. Ему никто не был нужен. Он упивался своим одиночеством.

Пока не появилась я.

Я знаю что я ему понравилась тоже. Сразу же. Он смотрел на меня несколько секунд как зачарованный… Потом улыбнулся. Так, как улыбаются родному, близкому человеку. Так, что я вспыхнула и опустила глаза. Но не смогла не улыбнуться в ответ.