Разреши мне любить - Ольга Рузанова Страница 2

— Денежко тоже в городе. Знала?..

Покинувший мои легкие воздух встает в горле плотным пузырем. Я разворачиваюсь к ней лицом и вжимаюсь поясницей в каменную столешницу.

— Он разве не в Кисловодске?

— Нет, вернулся еще осенью. Аля сказала, ему в федерации бокса должность дали.

— И разве с Алей они не расстались?..

Арина, играя бровями, склоняет голову набок.

— Снова вместе.

Пытаясь справиться с головокружением, я прикрываю глаза и буквально вижу, в какие руины превратятся наши жизни, когда всплывет правда.

Мне становится жарко до ощущения липкой спины, а кисти и ступни, напротив, леденеют.

— Вот как?..

— Да, – подтверждает Арина, не замечая моего состояния, – Мы сейчас почти не общаемся, но я поняла это по фото с ее страницы. Может быть, в этот раз у них что-нибудь получится.

— Да. Скорее всего…

Пытаясь уменьшить давление в груди, глубоко вздыхаю и возвращаюсь к своему занятию. Ставлю пирожные на стол и включаю чайник.

Дальнейшая беседа и встреча в целом становятся мне в тягость. Подпитываемые страхом, который оказался значительно ближе, чем я рассчитывала, мои мысли раскручивают карусель.

Я не думала, что он в городе. Я не готова.

Мне стыдно от испытываемого мной чувства облегчения, когда около полуночи Аришка уходит. Даже не убрав на кухне, я на цыпочках пробираюсь в детскую. Усаживаюсь в широкое кресло между двумя кроватями, прижимаю ладонь к глазам и хватаю воздух ртом.

Подобные приступы удушья случаются о мной довольно часто, и я научилась прогнозировать и блокировать их. Переключение потока мыслей и глубокое, полностью контролируемое, дыхание. Это одна из практик, которой я научилась, посещая психотерапевта в Лондоне.

— Ма-а-а… – вдруг раздается тихий голосок Арсеньки.

— Тш-ш-ш… Молочка?

Оторвав кучерявую голову от подушки, он хлопает сонными глазками и сразу садится.

Зная, что он непременно разбудит брата, быстро поднимаюсь с кресла и беру его на руки. Обняв за шею и готовый вот-вот уснуть, сын пристраивается на моем плече.

Я несу его на кухню. Удерживая одной рукой и покачивая, наливаю в поильник и подогреваю молоко.

Арсений, в отличие от Ромки, все еще просыпается ночами для того, чтобы перекусить, но зато утром спит гораздо дольше брата. Я не знаю, чего мне хотелось бы больше – неспокойная ночь, но возможность поспать утром, или наоборот. Пока об этом приходится только мечтать и подстраиваться под них обоих.

Выпив половину, Арс зевает и снова укладывается на меня. Вернув его в кровать, я сижу в детской, пока сама почти не засыпаю.

Потом навожу порядок на кухне, принимаю душ и, поставив на тумбочку у кровати радионяню, ненадолго отключаюсь.

Мне снова снится этот сон. Я в каменном лабиринте безуспешно ищу выход. С каждым шагом проходы становятся все уже и ниже, пока мне не приходится опуститься на колени, чтобы ползти вперед.

Холодно, страшно и абсолютная уверенность в том, что я снова упрусь в тупик. Меня разбивает паралич – безмолвно крича, не могу даже пошевелиться.

Просыпаюсь внезапно от ворвавшегося в скованное ужасом сознание детского хныканья.

Глава 2

Варя

Гулять с моими сыновьями тот еще квест – событие масштабом в полдня. Особенно, если сейчас на календаре февраль с локализацией в России.

Для того, чтобы ни у кого не испортилось настроение, мы должны быть сытыми и выспавшимися, одновременно одетыми, выведенными на улицу и с удобствами усаженными в двухместную прогулочную коляску.