Последняя Ева - Сарра Джейн Страница 20

— У неё упал сахар, вызывайте мисс Хилл! — это было последнее, что я услышала, прежде чем мир поглотила тьма.

Тихий гул аппаратов вывел меня из забытья. Яркий свет ударил в глаза, и я, щурясь, простонала.

— Очнулась, — послышался голос мисс Хилл.

Я повернула голову, став рассматривать женщину. В своём сером костюме и белом халате она выглядела спокойной.

— Вижу твой испуг, Солнышко. — Она ласково погладила мои волосы. — Не переживай. Скачок сахара не повлияет на рейтинг. Ты не виновата. Ты не ела больше двенадцати часов. Я учту это в отчёте.

С трудом разлепив пересохшиегубы, я беззвучно поблагодарила её. Потом закрыла глаза и отвернулась. Тело охватила усталость, и я снова провалилась в сон.

Лёгкий ветерок обдувал лицо, трепля длинные волосы. Он взметнул подол серебристого платья, обнажив щиколотки. Ноги утопали в тёплом песке. Бесконечное небо сияло над головой, словно не таяло угрозы. Женщина смотрела вдаль, будто искала что-то в морских волнах.

— Скоро созреют апельсины, — тихо произнесла незнакомка. — Пришло время Солнцу напомнить о своей силе.

Она резко развернулась ко мне. Не успела я и глазом моргнуть, как женщина оказалась прямо передо мной и с силой толкнула в грудь. Земля ушла из-под ног, и я полетела вниз, в нарастающую тьму.

Резкое падение вырвало меня из сна. Я распахнула глаза, ощутив давление внутри. Накатила паника, тело покрылось липким потом. Я попыталась встать, но ноги запутались в одеяле, и я с грохотом рухнула на пол.

Удар о холодный пол привёл меня в чувство. Я подскочила, опасаясь, что мисс Хилл видела моё падение, но в медотсеке никого не было. Походив по помещению, вернулась к кровати. Следовало ждать возвращения куратора, но чем дольше тянулось время, тем яснее становилось: никто не знает о моём пробуждении. Я посмотрела на панель сканера — можно было нажать и оповестить, но что-то удерживало меня.

Взгляд упал на дверь. К удивлению, она была приоткрыта. Странно, что мисс Хилл не заперла её. В окне царила темнота — значит, комендантский час. Мне не полагалось выходить без разрешения.

В голову снова полезли тревожные мысли о Еве 104.

Что с ней?

Её понизили в рейтинге и назначили наказание, но какое? Неизвестность сковывала сердце льдом. Её могли отправить в камеру депривации для подавления агрессии. Процедура не особо опасна, но нарушала ментальное состояние, и на восстановление уходили недели. А времени до Посвящения нет. Если она его пропустит, её могут изъять из репродуктивного цикла.

Мурашки побежали по коже. Ноги сами понесли меня к двери. Я замешкалась на секунду, затем открыла её и заглянула в тускло освещённый коридор.

Вокруг стояла мёртвая тишина.

Крадучись, как ночной зверёк, я направилась к камерам депривации в восточном крыле. Сердце бешено колотилось, во рту пересохло, в глазах снова поплыло. Но я шла, зная, что дело не в недомогании — это страх. Он гналменя вперёд, хотя всё внутри кричало вернуться и спрятаться.

Я не знала, чем смогу помочь, но во мне горело желание увидеть Еву 104. Хотелось убедиться в своей догадке. Но внутри горел огонек, что она уже вернулась в жилой бокс и отделалась каким-нибудь легким наказанием по типу чистки картофеля на кухне.

Спускаясь по лестнице в нижний уровень, я услышала шаги. Растерявшись, рванула обратно в коридор и спряталась за углом. Через мгновение донёсся тихий разговор.