Подарок для Императора - Алиша Михайлова Страница 201

— Голосуй, — прошептал он, и его губы почти коснулись моей щеки. — Я не мешаю.

«Лжец, — пронеслось у меня в голове, — Он мешал. Мешал мастерски и совершенно намеренно.»

Собрав волю в кулак, я всё же наклонилась к столу, всем телом чувствуя его под собой, руку на моей коже. Начертила на пергаменте дрогнувшую линию, затем круг, получилась кривоватая рожица с острыми ушками. Добавила сверху несколько нервных завитушек, похожиена пар.

— Голос…ование «За», — выдохнула я, с трудом ставя точку.

Аррион посмотрел на рисунок, потом медленно поднял глаза на меня. Взгляд его был тёплым, но в глубине синих зрачков вспыхивали знакомые искры азарта.

— Учтено. Теперь к делу. Тебе предлагают пост командор…

— Звучит как диагноз, — перебила я, пытаясь вернуть себе хоть толику контроля. Моя рука, всё ещё державшая перо, опустилась ему на плечо. — И что, уже нашли такого дурачка?

— Нашли, — он обнял меня чуть крепче, и его губы коснулись виска. Поцелуй был лёгким, прохладным, но от него по всему телу разлилась волна тепла. — Но он выдвигает условия. Лира, картошка, право ходить в спортивной форме. И… груша. Груша в кабинете командующего гвардией.

— Одна? — спросила я, поворачивая голову так, чтобы наши губы оказались в сантиметре друг от друга. Я почувствовала его дыхание. — И где он собирается её… размещать?

Аррион замолчал на секунду. Его взгляд скользнул по моему лицу, губам, потом снова встретился с моим. В нём появился новый, тёмный и игривый оттенок.

— В самом видном месте, — медленно произнёс он, и его пальцы снова задвигались по внутренней стороне моего бедра, на этот раз чуть увереннее, чуть выше, — Чтобы всегда быть под рукой. Для… разминки. В течение рабочего дня. Чтобы снимать стресс.

Воздух между нами наэлектризовался. Груша в этой беседе давно перестала быть просто спортивным инвентарём.

— Стресс, говоришь? — моё собственное дыхание участилось. — А если он… командор… захочет снимать его чаще, чем раз в день?

Рука Арриона замерла. В его глазах вспыхнул огонь, знакомый и дикий.

— Тогда, — сказал он хрипло, — Тогда, возможно, ему понадобится не одна груша. А целый арсенал. И кабинет побольше. И… звукоизоляция.

Я рассмеялась, тихим, сдавленным смешком, и прижалась лбом к его плечу. Он выиграл этот раунд. Безоговорочно.

— Ладно, уговорил, — прошептала я в складки его камзола, чувствуя, как под щекой смещается ткань и где-то глубже стучит его сердце. Упрямое и ровное, несмотря на всю эту игру, — На таких условиях я согласна на что угодно. Даже на командование. Но звукоизоляцию за твой счёт, индюк. Имперская казна постоит.

Его грудь вздрогнула подо мной от беззвучного смеха.

— Имперская казна, — повторил он, и его губы коснулись моей шеи, чутьниже уха, холодным, влажным прикосновением, от которого всё тело отозвалось резким, сладким спазмом, — Уже давно ведёт отдельную статью расходов под названием «Юля». Или, — его зубы легонько зацепили мочку уха, — «Обучение императора правому прямому». Звукоизоляция прекрасно впишется в бюджет.

Его рука, всё ещё лежавшая у меня на бедре, наконец сдвинулась с места. Медленно, как бы изучая территорию, она скользнула вверх, по внутренней поверхности бедра, к самому чувствительному месту, где тонкая ткань штанов уже стала немного тесной от того, как резко и влажно сжалось всё внутри. Он не нажимал. Просто положил ладонь сверху, тяжёлую и горячую даже сквозь одежду, и замер. Вопрос. Обещание. Дыхание перехватило. Всё сознание сузилось до этой точки под его рукой и до его губ на шее.