Взлетай и падай - Сара Штанкевиц Страница 21

— Даже не думай, Картер. Ценю твою взаимовыручку, но я не фанатка золотого дождя.

— А града?

Я сдвигаю брови, боясь услышать ответ на следующий вопрос.

— Какого еще града?! – спрашиваю хрипло, и мне заранее становится дурно.

Улыбка Картера притягательна, как бескрайний океан.

— Противоположность золотого дождя. Коричневый град, Скай-Скай. Представляешь, существуют люди, которым нравится, когда на них какают. Обожаю твою святую невинность!

Я с криком зажимаю уши подушкой, чтобы больше не слышать подробностей.

— Давай поговорим о важных вещах. Я сегодня была у Чарльза и Хизер.

— Ох черт. Сто лет им не звонил. Что они говорили? – В голосе Картера слышатся виноватые нотки.

Картер всегда понимает, когда накосячил. По крайней мере, в девяноста процентах случаев.

— Хизер неважно себя чувствует. Она борется – это же Хизер, но выглядит она очень больной; я не знаю, сколько еще Чарльз сможет справляться один. Было очень тяжело это слышать, – вздыхаю я и снова чувствую ком, который стоит у меня в горле с нашей последней встречи.

Картер тихо чертыхается, и я уверена, что он ерошит волосы. Картер делает так всегда, когда не понимает, как решить проблему. В отличие от меня, он провел все детство и юность в доме Чарльза и Хизер.

— Черт, Скай. Звучит ужасно. Им так сложно пришлось, хотя они делали для детей все возможное. Как же я ненавижу эту несправедливость! Завтра позвоню им, у вас как раз будет обед.

— Они обрадуются. И звони им почаще. Кто знает, сколько еще осталось.

— Слышь, Скай!

В его голосе, обычно мягком, сейчас слышен металл. Ес-ли он с чем-то и не может справиться, то это страх утраты.

— Извини, – просит прощения Картер. – Ты знаешь, меня эта тема охренеть как пугает. Но я буду звонить ей чаще, обещаю. К тому же через семь недель я уже буду дома. Ты можешь в это поверить? Всего семь недель, и мы на мотоцикле поедем на пляж.

Повисает пауза, потому что я не знаю, что ответить, чтобы не плодить новый обман. Вся моя ложь однажды выйдет мне боком. Мы с Картером часто ковырялись в его байках, чинили их и перепродавали, предварительно прокатившись. В будущем я смогу только подавать Картеру инструменты. Но главное, что мы вместе.

— Слушай, Скай. Мне надо идти, Меган хочет с нами переговорить. Какие-то разборки с охранниками. Она это предвидела! С ума сойти, какая проницательная.

— Она в курсе, что такое «самоисполняющиеся пророчества»? – интересуюсь я, и это однозначно звучит слишком едко.

Я быстренько изображаю искусственную улыбку.

— Спрошу у нее. До связи, ладно? Love you.

Я представляю, как он целует запястье, и делаю то же самое. Едва мои губы касаются точки с запятой, я понимаю, что он почувствовал поцелуй.

Как-то так.

— До связи, Картер! Я тебя тоже.

Я еще немного лежу на спине, вытянув руки и ноги, как безжизненная кукла, и стараюсь не думать о Меган и Картере. Мысли утихают, только когда соседка заглядывает в комнату.

— Ты опять грустишь.

Эта девчонка мне уже безумно нравится! Она одна из самых светлых людей, с которыми я познакомилась в последнее время.

Она аккуратно ковыляет на костылях ко мне, садится на край постели и смотрит на меня вопросительно.

— Ты выглядишь грустной после каждого разговора с ним.

— Потому что мне действительно грустно, – неохотно признаю я. – Картер не знает, что я сижу в инвалидном кресле, – тихо сознаюсь я.