Когда мы были осколками - Акация Блэк Страница 214

Пусть ее глаза и меркнут при упоминании отца, в глубине все равно светится любовь.

— Я бы пошел за тобой, Лу. Если бы ты что-то сделала с собой, я бы пошел за тобой. Не знаю, что бы я без тебя делал, – говорю я, высвобождаясь из объятий.

Задыхаюсь так, будто стены сжимаются вокруг меня. Не могу дышать. Отхожу от нее и иду в спальню.

— Ты злишься?

Не в силах вынести тревогу в ее голосе, опускаю голову. Кладу руку на сердце. Оно с такой силой бьется о мою ладонь, что кажется, сейчас взорвется.

— Я никогда на тебя не злился. Я злюсь на себя, – сквозь стиснутые зубы отвечаю я. – За то, что вел себя с тобой как последний кретин, раз ты не доверяла мне настолько, чтобы прийти и рассказать обо всем. Я такой придурок, Луна.

— Не говори так, – говорит она, приближаясь ко мне, но я поднимаю руку, чтобы удержать ее на расстоянии.

Гримаса боли на ее лице убивает меня.

— Ты сердишься на меня, – грустно заключает она.

— Нет, никогда, клянусь. Я был… Тогда. Был так зол на тебя, что, когда мама сказала мне о нашем переезде, обрадовался, что больше не увижу тебя. Но когда мы сели в машину, чтобы ехать в аэропорт, втайне надеялся, что ты придешь. Все время смотрел в это чертово зеркало заднего вида. Часть меня хотела, чтобы ты попросила меня остаться, и самое ужасное, что я бы так и сделал, Лу. Если бы ты попросила меня, я бы остался. Вот такая у тебя власть надо мной, – невольно повышаю я голос. – Но ты не пришла. Я хотел сдохнуть, Луна, мне казалось, что ты никогда не любила меня, и я ненавидел тебя еще больше, в то время как ты переживала эту катастрофу в полном одиночестве… И только чтобы защитить меня. Я должен был знать, я должен был быть с тобой, я должен был быть рядом. Я провел семь лет, ненавидя тебя и любя в равной степени, Луна. Господи, он разрушил тебя самым ужасным образом. Ты пожертвовала собой, хотя я этого не заслуживал.

— Мне было страшно, Лиам.

— Я знаю.

— Я была разбита, – вспыхивает она. – Долгое время не могла жить нормальной жизнью. – Вены на ее лбу готовы лопнуть. Я сокращаю расстояние между нами и обхватываю ее влажные щеки.

— Ты не была сломлена, Лу. Тебе было больно. Когда я смотрю на тебя, то вижу сильную, смелую девушку. Ты можешь гордиться тем, какой стала.

Ее улыбка выбивает меня из колеи.

— Теперь мы можем быть вместе. Скажи, что ты хочешь этого так же сильно, как и я, – говорит она, убирая прядь волос с моего лба.

Я вздрагиваю от ее болезненных прикосновений. И поскольку у нас одна душа на двоих, по одному моему взгляду она понимает, что что-то не так.

— Что происходит?

Задыхаясь, высвобождаюсь из объятий. Хватаю ртом воздух. Я был слеп. Мне следовало доверять ей. Несмотря на свои страхи, я должен был понять, что не в ее характере отворачиваться от меня, оставлять меня. И именно это осознание заставляет меня выйти из себя. Ярость вырывается наружу. Это моя вина. Я горю. Начинаю крушить все, что попадается под руку. Декоративные вазы, картины на стене. Ничто не успокаивает меня, потому что я больше никогда не смогу успокоиться.

— Лиам, прекрати, ты меня пугаешь! – кричит Луна, закрывая уши руками, чтобы спрятаться от звука бьющихся предметов.

— Семь долбаных лет, – бормочу я, прижимая руку к ноющей груди. – Семь лет. Я мог бы… Боже…