После развода. Медовый босс для пышки - Светлана Синицына Страница 22

— Лея, – хихикает Тома. – Я знаю тебя с детства. Ты краснеешь, когда влюбляешься.

— Я не влюблена, – отвечаю тихо. – Я люблю.

Я знаю Рому два месяца, а люблю так, словно он со мной всю жизнь. Будто мы две половинки одного целого, которые, наконец, воссоединились. Да, у нас обоих есть прошлое, но это не повод не смотреть в будущее.

— Я так за тебя рада, – Тома обнимает меня, пока её сынишка уселся в песочнице лепить куличики. – Видишь, всё налаживается. И у тебя, и у меня.

Тома права. Я вот-вот смогу снять квартиру в новостройке и переехать, а Тома вообще… Не буду об этом, не хочу сглазить.

Малыш тянется за чужой формочкой с требованием:

— Дай!

Тома отвлекается, а я подставляю лицо солнцу.

Как же хорошо!

Сегодня вечером в «У Медведя» закрытая дегустация, надо подготовиться…

Мой смартфон оживает. Достаю его и глазам своим не верю: мама!

Она не звонила мне уже давненько. Интересно, что она скажет на этот раз?

— Да, мам, – принимаю вызов.

— Пелагея! – восклицает мама. – Я видела тебя по телевизору! Как же это так?

— Что именно? – стараюсь говорить спокойно.

— Ты же работала в «Блинах Сибири»! Тебя же никуда не брали. А теперь ты в таком разрекламированном месте…

— Всё меняется, – пожимаю плечами.

— Пелагея, приезжай, – продолжает мама. – Нехорошо, что ты не обсудила это со мной. Я же твоя мама. Я хочу знать, что у тебя происходит в жизни.

Прикрываю глаза.

Раз-два-три.

Проверяю, сколько времени.

Сынишке Томы скоро укладываться на дневной сон, до дегустации время ещё есть.

А я на самом деле давно не была у мамы, хоть и не горю желанием выслушивать очередную порцию охов-ахов и поучений. Но, с другой стороны, несделанное дело тяготит, а если я съезжу, то смогу с чистой совестью жить дальше.

— Хорошо. Я приеду.

— Мама? – Тома помогает сыну собрать формочки и берёт его на руки.

— Она, – киваю. – Съезжу и закрою этот вопрос до… Нового года.

Возможно, это неправильно. Но с моей мамой общаться очень тяжело. Я её разочаровала. Всем. Возможно, это потому, что я похожа на моего отца, за которого мама вышла замуж, лишь бы сбежать от деспотичной бабушки…

Я повторяю семейный сценарий и… не хочу такого для своих детей!

Дети.

Мои и Ромы.

Наши.

Внутри меня словно закручивается торнадо. Я не могу не мечтать. С Ромой – просто не могу.

Моя мама живёт в двушке на втором этаже пятиэтажки. После развода я могла бы переехать к ней, но… ни за что!

Мама встречает меня, выплывая в коридор. У неё такая же монументальная фигура, как у меня, да и мой папа был не худеньким.

— Пелагея! – восклицает мама. – Во что ты вырядилась?

— Это моё платье, – отзываюсь, скидывая туфли-«лодочки».

— Это то, в котором ты снималась, – качает головой мама. – Оно слишком… откровенное.

— Ты сама говорила, что никто на меня не посмотрит, – напоминаю.

— Ёрничаешь, – вздыхает. – Я тебя не узнаю, Пелагея. С Мишей ты была такой спокойной, а сейчас…

— Мам, – перебиваю. – Что ты хотела? Не поверю, что ты позвала меня только для того, чтобы обсудить мой внешний вид.

— Я хочу поговорить с тобой о твоей… новой работе, – мама критически оглядывает меня. – Пелагея… тебя же используют!

— Ты о чём, мам? – настороженно смотрю на неё.

Мне всё это не нравится.

Конечно, мама всегда доносила свою точку зрения таким беспардонным способом, но сейчас это что-то другое.