Зимнее солнце - Бейза Аксой Страница 243

— Фуат, что это значит?

У двери стояла женщина средних лет. Она выглядела сбитой с толку и растерянной, как человек, попавший в незнакомую обстановку. На ней было зеленое платье с пышной юбкой в пол и шаль того же цвета, элегантно наброшенная на плечи. Ее седые волосы были аккуратно зачесаны назад и уложены, а губы накрашены темно-красной помадой. На вид ей было около пятидесяти.

Али Фуат поспешно поставил бокал и встал. Он быстро пробрался к двери сквозь толпу гостей, схватил женщину за руку и потянул ее в сторону, где их никто не мог видеть.

— Кто эта женщина? – полушепотом поинтересовалась я у Мелиссы, наклонившись к ней. Кунт и Эфес стояли рядом с нами, и тоже услышали мой вопрос.

— Мамочка, – сказала Мелисса. – Женщина, которая торгует женщинами. Когда-то у нее были очень длительные романтические отношения с Али Фуатом. Они были в шаге от свадьбы. Ей удавалось скрывать от него правду о своей деятельности до самого конца.

— В прошлом она была частым гостем на мероприятиях, где присутствовал Али Фуат, и можно предположить, что ей удалось попасть сюда, потому что ее имя все еще значится в общих списках гостей, – сказал Эфес. – Сейчас Али Фуат вышвырнет эту женщину отсюда. Хотя на самом деле ему следовало бы отправить ее в тюрьму…

— Пойдем к фортепиано, вальс вот-вот начнется, – прошептал Кунт, придвигаясь ко мне ближе и обнимая за талию. Он придерживал меня так, пока мы отходили от столика, а затем взял за руку, и мы пошли сквозь толпу танцующих людей.

— Мелисса сказала, что ты любишь вальс. Ты будешь танцевать? – спросила я Кунта, когда мы приближались к фортепиано, расположенному на специальной площадке рядом с оркестром.

— Нет, – уверенно сказал Кунт, останавливаясь у фортепиано и выдвигая для меня банкетку.

— Почему?

— Потому что единственная девушка, с которой я мог бы потанцевать сегодня вечером, будет занята игрой на фортепиано.

Устроившись на банкетке, я несколько секунд отрешенно смотрела на клавиши. Затем повернула голову и посмотрела на Кунта, стоявшего рядом со мной. Мы обменялись взглядами.

— Почему? Здесь много девушек, которые были бы рады потанцевать с тобой… – Я окинула взглядом присутствующих. – Даже те девушки, которые пришли сюда со своими мужчинами, не могут отвести от тебя глаз.

— А меня они совершенно не интересуют.

Внезапно померкшее освещение скрыло мою улыбку, возникшую в ответ на его слова. Кунт спустился с площадки, музыка стихла, и все танцующие отошли в сторону. Я разложила перед собой ноты, быстро просмотрела их, положила руки на клавиши и выпрямилась. Затем перевела взгляд на мужчину в изысканном черно-белом смокинге, который вошел в зал через боковую дверь и направился к микрофону, расположенному перед оркестром. Шум и разговоры утихли, уступив место оглушительной тишине. Адем галантно и изящно вывел Рейхан на центр сцены. Одинокий прожектор заливал их фигуры ярким светом, выделяя на фоне затемненного зала. Одну руку Рейхан положила Адему на плечо, а другую он нежно держал в своей.

Я переглянулась с дирижером, и он кивнул мне, указывая, что пора начинать.

Мабель Матиз & Евгений Гринько, «Вальс» ♪

Вдохнув полной грудью, я растворилась в музыке; мои пальцы заскользили по клавишам, и я начала играть. Я не поднимала глаз, но звук фортепиано, заполнивший зал, уносил меня в мир грез. В моем воображении Адем и Рейхан кружились в вальсе под светом прожекторов.