Попаданка из будущего: усадьба и честь - Ника Цезарь Страница 25

— Ага, и выехать со двора не успели! Зачем было лошадь беспокоить? — пряча уязвлённую гордость за сарказмом, ответила девушка.

Стоило ей прикрыть глаза — снова виделось, как Михаил Фёдорович сажает её в седло, а она тут же, словно неваляшка, падает с другой стороны. Пожалуй, такого молниеносного фиаско он от неё не ожидал, как и старый Прохор, что следил за лошадьми. Как в замедленной съёмке она видела их ошарашенные лица. Да что там они, даже смирная лошадка Ромашка удивлённо повернула к ней морду. Она-то даже не шелохнулась, чтобы с неё горе-всадник сваливался.

— Ангел хотела сказать, что падать с небес ей привычнее, но и с лошади тоже неплохо.

Девушка недовольно прищурилась, наблюдая за тем, как уже Груня прячет улыбку в уголках губ.

— Груня, принеси полотенце да смочи его в холодной воде, приложим к ушибу, чтобы он не взялся синяком, — он не сдержался и всё же бросил взгляд на ушибленное место, но тут же отвёл взор, чувствуя волны негодования, что исходили от девушки.

— Сию минуту, барин! — встрепенулась Груня и бросилась выполнять поручение.

— Присядете? — заботливо поинтересовался мужчина у девушки.

— Издеваетесь! — не сдержалась Ольга, рыкнув.

— Немного, Ангел. Вы мило злитесь, — покаялся Михаил Фёдорович, широко улыбаясь. — А если серьёзно, то вам следует прилечь. Вам помочь?

— Прилечь? — с подозрением кинула на него взгляд Ольга, искавшая подвох, но не находившая его. — Я справлюсь сама! — отдёрнув руку, она попыталась сделать пару самостоятельных шагов, но боль простреливала не только ягодицу, но и правую ногу. — Ох! — пискнула она, а мужчина с лёгким вздохом подхватил её на руки и понёс в сторону спальни.

— Отпустите, я сама пойду!

— Видел, как вы сами справляетесь, Ангел.

— Я могла бы передохнуть и вновь попытаться, — буркнула она.

— Ну что же у васхарактер такой непокладистый? Разве ангелам это пристало? — насмехался он, неся её словно пушинку. Ольга же для вида пыхтела, словно ёжик, но в душе признавала, что на ручках-то гораздо удобнее, особенно таких надёжных.

Встретив Груню в коридоре, барин велел ей следовать за ними.

— Оставляю сударыню в твоих заботливых руках, — подмигнул он ей прежде, чем покинуть комнату.

— Ох, как же так, сударыня? — качнула она головой, подавая влажное полотенце девушке. — Неужто Прохор недоглядел?

— Скорее притяжение земли оказалось сильнее, — тихо бурчала Ольга, а позже гораздо громче добавляла, — Груня, не моё это! — теперь, когда не нужно было сдерживаться, она кривилась от боли. Забрав юбку, увидела расплывающийся синяк на ягодице. — Хорошо-то как! — выдохнула девушка, прикладывая к больному месту холодное полотенце и прикрывая веки.

Остаток дня она провела в одиночестве, изучая бухгалтерские книги Михаила Фёдоровича с его разрешения. Сам же он уехал в город. Хоть Ольга и не сильно разбиралась в сельском хозяйстве, зато в цифрах она была словно рыба в воде.

Расписки с долгами она тщательно рассортировала по суммам долга и датам выплат: выходило, что через месяц подходил срок сразу по двум распискам. Также её беспокоили недоимки с крестьян, что тянулись уже третий год. Она видела, что при старом барине не уродился урожай, а потому понимала нехватку. При управляющем явственно пахло мухлежом как с оброком, так и с количеством собранной пшеницы. Указано было одно, а вот количество сшитых мешков было гораздо больше. Тут Ольга в очередной раз помянула управляющего добрым словом и, решительно поднявшись, пошла на поиски Груни, что шила новый наряд для девушки.