Ромашка вне конкурса - Татьяна Алферьева Страница 25

Видар продолжает наблюдать. Выражение лица блондинки, поначалу недовольное и надменное, постепенно смягчается, становится заинтригованным. Вскоре она тоже начинает улыбаться и даже посмеиваться. К ним подходят другие девушки, заинтересовавшись чужим весельем. Они собираются вокруг Ани как лепестки вокруг золотой сердцевины ромашки, привлечённые теплом и светом её манеры общения. Тянутся к ней, словно к солнышку. Аня уже практически не видна в окружившей её толпе. Но вдруг девушка ловко оттуда выныривает и отходит в сторону. На губах — довольная улыбка. Кажется, никто не замечает её исчезновения, увлечённо продолжая общаться между собой.

В этот момент ведущие объявляют перерыв на танцы, и Видар решается.

— Позволь тебя пригласить, — заступает он Ане дорогу.

Девушка удивлённо поднимает на него свои серо-голубые глаза, в которых золотыми искорками отражаются украшающие территорию ресторана огни.

— Правда? — уточняет и тут же спохватывается: — То есть, да. Ясогласна.

Она протягивает руку, затянутую в чёрную кружевную перчатку, и смотрит снизу вверх так доверчиво, что у Видара перехватывает дыхание. Подобное в отношениях с женщиной он чувствует впервые. Ну разве что Ари тоже всегда вызывала безотчётное желание заботиться, которое он в начале знакомства старательно подавлял. А теперь вон до чего докатился — пляшет под дудку единоутробной сестры, готовый исполнить любой её каприз.

Ладонь опускается на спину девушки и касается обнажённой кожи. Аня вздрагивает, и Видар спешит положить руку немного ниже — на талию. Его партнёрша по танцу смущённо улыбается. Она кажется такой хрупкой и тоненькой в его руках. Не верится, как эта нежная девушка сумела подчинить своей воле огромного жеребца с говорящим именем Шторм. При воспоминании об утреннем инциденте, у Видара до сих пор по телу начинают бегать мурашки. Это было ужасно и прекрасно одновременно. Ужасно, потому что мужчина успел в красках представить, что будет, если девушка не удержится в седле (усидеть в котором лично для него казалось просто невероятным), и прекрасно, потому что на лице отчаянной всадницы сиял чистый восторг без малейшей примеси страха. В тот момент она была невероятно свободна и по-настоящему счастлива.

— Ромашка? — уловив знакомые нотки в женском парфюме, наклоняется ниже Видар.

Аня поднимает лицо навстречу. Её щёки окрашивает лёгкий румянец, в глазах растерянность от того, что происходит, а губы… Вот на губах Видар и зависает. Они такие сочные, манящие, яркие…

— Кхм, — одёргивает мужчина сам себя и отстраняется. Пальцы, касающиеся женской спины, слегка дрожат. — Я имею в виду твои духи. Они пахнут ромашкой.

— Ах это, — услышав объяснение чужого странного поведения, Аня заметно расслабляется. — Подарок Маши и Лики. Им показалось забавным, если от Ромашки будет пахнуть ромашками. Они с детства меня так называют.

— Вы давно дружите? — Видар решает, что будет безопаснее общаться на отвлечённые темы.

— Со школы, — девушка охотно поддерживает его инициативу.

— Вы очень разные.

— Дружбе это нисколько не мешает…

В результате они увлекаются разговором настолько, что не замечают, как смолкает музыка. Приходится ведущим задействовать микрофон, дабы парочка прекратила топтаться на месте в воцарившейся вокруг них тишине.