Разрушенные секреты - Нева Алтай Страница 25

— Ага, – говорит она, и уголки ее губ приподнимаются еще немного. – А стул мы тоже с собой забираем?

Я отпускаю стул и отхожу. Изабелла одаривает меня ухмылкой и подходит к своей сестре, которая молча таращилась на нас во время всей этой пытки, чтобы поцеловать ее в щеку на прощание.

— Увидимся в субботу, – говорит Андреа и украдкой смотрит в мою сторону.

Отставая на два шага от Изабеллы, я следую за ней через лужайку к подъездной дорожке, изо всех сил пытаясь оторвать взгляд от ее задницы. Сегодня на ней белые джинсы, шелковистая темно-синяя рубашка и в тон ей босоножки на высоком каблуке. Пока я пожираю взглядом свою жену, каблук ее левой туфли цепляется за что-то в траве, и она слегка спотыкается. Я мгновенно бросаюсь вперед и обхватываю ее за талию, удерживая на ногах. Я чувствую, как тело Изабеллы напрягается под моей рукой, но длится это всего секунду.

— Спасибо, – говорит она, восстановив равновесие, и идет дальше, отстраняясь от моих рук.

Я смотрю на неровную землю, а затем на ее каблуки высотой не менее десяти сантиметров. Да она сломает ноги на этих штуковинах. Я делаю два быстрых шага и обнимаю ее одной рукой за талию. Обхватив другой колени, я приподнимаю ее. Раздается едва слышный удивленный вздох, но больше она не произносит ни слова и обвивает рукой мою шею. Я избегаю зрительного контакта и стискиваю зубы, пока несу ее к передней части дома.

— Где Ренато? – спрашивает она, когда я ставлю ее рядом со своей машиной.

Я открываю пассажирскую дверь.

— Отослал его обратно.

Изабелла приподнимает бровь, затем садится в машину и смотрит прямо в лобовое стекло.

Разворачиваясь, я спрашиваю:

— А что в субботу?

— У нашей подруги вечеринка в честь дня рождения.

— Ты собираешься пойти?

— Да. Какие-то проблемы?

— Нет, – говорю я, сжимая руль. – С тобой пойдут два телохранителя.

— Еще бы.

Некоторое время мы едем молча, но я продолжаю думать об этой вечеринке. Скорее всего, она будет в доме ее подруги. Они будут есть вредную еду и смотреть фильмы. И сплетничать.

— Где? – спрашиваю я.

— Где что?

— Эта вечеринка. В доме твоей подруги?

Изабелла смотрит на меня и смеется.

— Нам не по двенадцать. Я и девочки идем в клуб.

Костяшки моих пальцев белеют оттого, что я мертвой хваткой вцепляюсь в руль.

— Какой?

— «Урал».

— Это клуб Братвы.

— Правильно, – ухмыляется она.

— Ты не пойдешь.

— Конечно пойду. Мой дедушка подписал мирное соглашение с ними, так что теперь русские – наши союзники. Будет совершенно безопасно, – говорит она. – Милена Скардони тоже там будет, и, так как она придет со своей сестрой, нет причин для беспокойства. Никто не посмеет приблизиться к нам, пока муж Бьянки там. Если хочешь, можешь тоже пойти.

— Я не собираюсь идти на вечеринку для малолеток.

— Ну, не то чтобы я ждала, что ты пойдешь. Ты бы в любом случае не вписался.

— Это еще почему?

— Староват ты, Лука.

Я стискиваю зубы и фокусируюсь на дороге передо мной, вдавливая педаль газа в пол.

Изабелла

Я открываю верхний ящик комода и рассматриваю свою коллекцию сексуального нижнего белья и кружевных ночных рубашек.

Большинство из них я купила в тот же день, когда дедушка сообщил мне, что я выхожу замуж за Луку. Я была так взволнована, что потащила Андреа в торговый центр, чтобы скупить все белье, какое только смогу найти. Примеряя комплект за комплектом, я представляла, как Лука срывает с меня каждый. Когда мы вернулись домой, у меня были две огромные сумки, доверху набитые шелком и кружевами.