Образцовый доктор - Татьяна Донченко Страница 25

Вопросы, вопросы, вопросы… Они не давали покоя, не давали уснуть. Я сидела, глядя в темноту, и молила лишь об одном: чтобы Машуля выздоровела. А что будет дальше… Я не знала. Я просто надеялась, что у меня хватит сил вынести все, что мне уготовано.

— Он уехал, – тихо усмехнувшись, сказала девушка-блондинка. – На какую-то конференцию в Питер.

Она сидела с телефоном в руках и держала руку на животе, как я делала почти пять лет назад. Я сразу поняла, что она ждет второго ребенка и выглядела очень счастливой.

— Кто уехал? – не поняла я.

— Ваш доктор – Кораблев, – с широкой улыбкой сказала она. – Он очень не хотел, поэтому даже поссорился с Людмилой Дмитриевной. Она настаивала, говорила, что он ей давно обещал поехать.

Я смутилась. Неужели то, что между нами, так очевидно для всех остальных? И в то же время расстроилась. Надолго уехал? Неужели я больше его не увижу?

— Эммм… спасибо, что сказали, – и добавила, подумав, что даже не узнала как зовут девушку: – Я Алена, кстати.

— Елена, – блондинка улыбнулась. Свет из коридора падал на ее лицо, и даже в полумраке она казалась невероятно красивой. – Рада познакомиться.

— У нас… ничего с доктором Кораблевым нет, – зачем-то сказала я.

Зачем? Вероятно, чтобы защитить его. Он уже сделал для нас с Машей немало, но не должен страдать из-за этого – ни своей репутацией, ни работой.

— Да, я и вижу, – хитро проговорила Елена. – Настолько «ничего нет», что наш бедный доктор Кораблев простоял несколько минут напротив вашей кровати, делая вид, будто что-то читает в планшете… Наверное, хотел что-то сказать перед отъездом, но вы так сладко спали. Даже капельницы малышке менял сам, потому что «очень любит брать на себя работу медсестер», – на последних словах она сделала жест кавычками.

— Оу… – вздохнула я. Так вот кто это делал! – Это… кое-что объясняет.

— Может, между вами и нет ничего, но наш красавчик док явно на вас запал, – подмигнула блонди и снова вернула свое внимание на телефон. Она взяла с тумбочки печенье и тихо грызла, улыбаясь в телефон. – Не могу, этот жор меня беспокоит, не хочу опять набирать! – пожаловалась она.

— Давай его сюда, я поберегу до утра, – я встала и тихо подошла к ее постели. Елена отдала мне упаковку печенья и отряхнула руки.

— Спасибо! – с выдохом облегчения она легла поудобней к своей дочке и снова взялась за телефон: – надо написать Олегу, чтобы прекратил меня подкармливать!

— Наверное, он просто рад и не знает, как это выразить, – улыбнулась я.

— Не то слово! – отозвалась девушка и чмокнула телефон.

Я вернулась на свое место к Машуле, потрогала ее лобик. Жар спал.

Легла рядом, думая о том, как повезло Елене с заботливым мужчиной. Мне приходилось бороться со всеми невзгодами беременности в одиночку. Вроде бы, была замужем, но как будто бы и нет…

Слова соседки о Кораблеве назойливо крутились в голове.

Еще и воспоминания о том, как в саду Алексей взял меня за руку. Как это было… интимно. И как хорошо!

Замечания Елены обнажили то, что я сама старательно прятала от себя – смутное, тревожное влечение к доктору Кораблеву, которое проснулось во мне спустя пять лет. А, возможно, никогда и не спало. Я никогда его не забывала. Ни дня.

Алексей внимательный, заботливый, чуткий… в нем чувствовалась какая-то особенная теплота. Или это я сама себе все нафантазировала?