Зимняя пекарня «Варежка с корицей» - Анна Кейв Страница 25

Папа хмурится. Он стоматолог – работает в поликлинике – и каждый день приносит разные истории. Как раз недавно он рассказывал о девушке, которая пришла с запущенным флюсом. Папе пришлось отправить ее к челюстно-лицевому хирургу, чтобы убрать весь гной через разрез на шее. Если бы она еще день промешкала и пришла на прием позже, то могло и до сепсиса дойти.

— Девочки, а дайте-ка мне координаты этого бутика с чудо-косметикой, – просит он. – Наведаюсь к ним как-нибудь. А после меня к ним придут уже другие гости – из соответствующих инстанций.

— Только не говори, что я стукачка, – мрачно протягиваю я.

— Да никто так не думает, – успокаивает мама. – Просто ты нормальный человек. А нормальные люди не лечат флюс спреем с ароматом эвкалипта.

Ника двигает ко мне вазочку.

— Возьми еще печенье.

Я беру. И еще одно. И еще.

— Ром, а у тебя в кинотеатре никто не требуется? – с надеждой спрашиваю его.

Он качает головой.

— Уже узнавал. Нужен только еще один охранник и директор по креативному развитию.

— Согласна на директора, – шучу я и, набив рот печеньем, обреченно вздыхаю. – А если меня нигде не возьмут? Что тогда?

Родители и Ника с Ромой переглядываются, многозначительно улыбаясь.

— Добро пожаловать во взрослую жизнь, – усмехается Ника. – Тебе нужно отвлечься. Сегодня ты все равно не найдешь подработку, нечего сидеть дома и накручивать себя. Пойдем прогуляемся на рождественскую ярмарку? В Экспоцентре целый этаж открыли!

Папа поддерживает:

— И правда, вы все дома да дома сидите. Сходите проветритесь.

Я оживляюсь. Может, понедельник и был гадким, но его вечер еще можно спасти! Правда, я хотела пойти на эту ярмарку с Гусей и Дусей, но когда у них появится время, уже и Новый год пройдет.

Мама стучит маникюром по столу.

— Только если сделаны уроки. Варя?

— Мне осталось повторить параграф по истории, он короткий, я перед сном прочитаю. – Складываю ладони в умоляющем жесте. – Ну можно, мам? Мы купим новую мишуру на елку, чтобы не распутывать старую!

Мама переводит взгляд с меня на Нику и обратно. Мы с сестрой умильно хлопаем ресничками, как в детстве, когда упрашивали ее купить нам по беляшу в переходе. Большому, жирному, после которого неизменно болел живот. Но до чего же он был вкусным!

— Ладно, идите. Рому с собой возьмете или вы только девочками собрались?

— Только девочками, – подмигивает мне Ника. Я ей благодарно улыбаюсь. Иногда хочется провести время вдвоем – без Ромы и родителей. Совсем скоро, когда у меня появятся племянники, это будет невозможно.

Мы быстро собираемся и выходим.

На улице выпал свежий снег. Он искрится под фонарями, припудренными инеем, и манит плюхнуться в него, чтобы сделать снежного ангела. Ника шуршит пуховиком до пят, зарывшись носом в мой шарф, и говорит:

— Знаешь, ты вообще-то молодец. Правда. Я бы на твоем месте уже написала гневный пост о «Чик-листе» и на всех сайтах оставила отзывы с одной звездой.

— А я и написала. Только в заметках. С эпитетами, – хмыкаю я.

— Жаль, никто не прочитал.

— И слава богу.

Мы смеемся. Как же мне повезло со старшей сестрой! Она никогда не называла меня малявкой и не ябедничала родителям.

Какое-то время идем молча – мимо витрин с мигающими гирляндами, мимо новогодних ларьков с кренделями, жареными каштанами и безалкогольным глинтвейном. В детстве я уговорила маму купить нам с Никой каштаны, которые казались мне необычным изыском из фильмов, что крутили по телевизору в преддверии Нового года. Оказалось, что они жутко невкусные. Да еще и дорогие. С тех пор мы всегда проходим мимо них, несмотря на манящую рекламу и яркую вывеску.