Хозяйка фиалковой долины - Оксана Лаврентьева Страница 26

Она же высокомерная гордячка! Да в любой служанке порядочности больше, чем в ней! И за что, спрашивается, ему её любить?! Ведь она позволяла себе такое, о чем порядочная ровейна боялась даже подумать!

Об отношении виконтессы к своей дочери и говорить нечего…

С каждым днем я убеждалась в том, что в этой семье неправильно было абсолютно все. Но больше всего меня поражало то, что Амелия Фоске не обращала на своего ребенка никакого внимания! Иногда мне даже казалось, что виконтессе даже в тягость присутствие своей дочери!

Не удивительно, что Лили льнула ко мне, как несчастный и недолюбленный матерью ребенок. Хотя Бастиан и делал все от себя возможное, чтобы его дочурка была счастливой. Он даже брал её с собой в свои деловые поездки, словно бы опасался оставлять девочку наедине с её матерью…

В прошлый раз он даже взял с собой и меня. В качестве гувернантки его дочери, конечно же.

И пускай мне не разрешалось покидать свою воспитанницу ни на секунду, я все же получила от этой поездки неслыханное удовольствие. Впрочем, как и Лили. Ведь именно там я впервые увидела, как девочка смеется.

За три дня мы исколесили весь Диртваен, Алгард и побывали даже на водопаде Радужных слез, самом красивом месте Греордании.

Нетрудно было догадаться, что делал это виконт только ради своей дочери. Так что у меня язык не повернулся бы сказать о нем что-нибудь плохое…

Конечно, как любой красивый мужчина, Бастиан Фоске знал себе цену. К тому же,у него имелся высокий титул и богатство.

Но несмотря на это, он не казался мне напыщенным и надменным, какими обычно были ровейны его уровня. Взять хотя бы беспокойство виконта о людях, которые на него работали. И то, как он бросился меня тогда спасать… это говорило уже о многом.

— Элиза, что вы там вытворяете с цветами? Это что за самоуправство?!

Требовательный и очень недовольный голос виконта долетел до меня, когда я уже заканчивала заниматься роскошными хозяйскими глоксиниями. Которые стали такими, между прочим, не без моей помощи.

Здесь это растение называлось совсем по-другому, но предпочитало оно то же самое, что и глоксинии из моего мира. Уж я-то это знала, как никто другой.

Наверное, поэтому меня так возмутили его претензии.

— Чем именно вы недовольны?

— Я думал, что теперь любимые цветы моей жены в надежных руках. Но сейчас я так уже не думаю…

Меня словно бы окатили ледяной водой, настолько его слова показались мне обидными и несправедливыми. Отчего мне так сильно захотелось рассказать ему о том, что действительно любит его жена… но я сдержалась.

— Многоуважаемый ровейн, все ваши растения за последнее время стали выглядеть намного лучше, или вы этого не видите?! Некоторые из них буквально умирали, а теперь они цветут не переставая!

— Но за счет чего?! Вам помогают потусторонние силы?

Я едва не топнула ногой от досады.

Бог мой, здесь повторяется то же самое!

Когда я перевела свои фиалки на никому неизвестный в Греордании фитильный полив, на меня начали косо смотреть не только слуги, но и мама!

Мне даже пришлось ей соврать, что якобы я подсмотрела этот метод полива у одного цветочника из другого королевства… А когда я ей объяснила, как это работает, она лишь улыбнулась и тут же успокоилась.

Так что история повторяется… Хотя, если бы чашки с водой, на которых стояли горшки с растениями были прозрачными, то виконт и сам бы обо всем догадался.