Зимняя пекарня «Варежка с корицей» - Анна Кейв Страница 27

Осталось только пережить ОБЖ. Его у нас ведет брат Ольги Игоревны – Игорь Игоревич.

— Итак, приступим к уроку, который посвятим картам! – бодро объявляет он, потирая руки.

— О, – оживляется Леша, – в дурака или двадцать одно?

— Уймись, ты даже играть не умеешь, – усмехается Игорь Игоревич.

— Почему это не умею? Все я умею! – возмущается Утенок.

— Да? Тебе напомнить урок геометрии на прошлой неделе?

Смех проходится по всему классу, а щеки Утенка по-пекински подрумяниваются. На том уроке этот недоумок решил сыграть в карты с соседом по парте и не обратил внимания на зеркало на стене. В аккурат рядом с партой. Я бы все отдала, чтобы еще раз увидеть его вытянутую физиономию, когда Ольга Игоревна попросила его убрать карты и повернуть голову направо.

— Все-все, тише, давайте все-таки займемся условными обозначениями на картах местности, – машет рукой Игорь Игоревич. – Итак, я буду рисовать на доске символы, а вы говорить, что они обозначают.

Свят замечает:

— Но мы этого не проходили, как мы сможем назвать то, чего не знаем?

И правда, я не припомню такого на последних уроках. У нас даже учебников по ОБЖ нет! Точнее, есть в школьной библиотеке. Нам их не выдали, сказав, что они слишком новые и красивые, а мы их быстро испортим. Мы их видели всего один раз, в тот день, когда в школу приезжала проверка.

— А вы, дамы и господа, попытайтесь подумать логически и угадать. Так материал лучше усвоится. А кто больше всех назовет правильных ответов, тому пятерку.

— Только одному? – возмущается Утенок. – Так неинтересно.

Игорь Игоревич поправляется:

— Тем, кто больше всех угадает, – пятерка в журнал. Начнем!

Он принимается чертить мелом на доске. Кривоватый прямоугольник, по всей видимости, служит условным обозначением карты, а внутри него – крестик.

— Что означает этот крестик? – Игорь Игоревич поворачивается обратно к классу.

— Кладбище тех, кто не расшифровал условные обозначения и умер! – предполагает Леша. – Или там зарыт клад. Одно из двух.

— Или ты туда отправишься, если не замолчишь, – невозмутимо говорит Игорь Игоревич, но его глаза смеются. – Кто-нибудь знает правильный ответ?

— Может, больница? – неуверенно тянет руку Лика.

Мы понемногу втягиваемся в ход урока, который напоминает игру.

— А теперь – задание по парам, – продолжает Игорь Игоревич. – У каждого будет лист с кусочком карты. Ваша задача – определить, что на нем изображено, и придумать маршрут от школы до условной точки Б.

Лика снова тянет руку.

— А можно я к Вере пересяду?

Игорь Игоревич неуверенно замирает со стопкой листков.

— Так-то можно, но кто составит пару Варе?

Происходит то, от чего ноги становятся ватными, а в ушах шумит. Свят поднимается со своего места.

— Я могу пересесть к Варе. У меня все равно нет пары.

Учителя это устраивает. Он продолжает раздавать листки, а я слежу за тем, как Свят опускается на стул рядом, раскладывает на парте свои принадлежности, подвигает ближе ко мне кусочек карты и склоняется так, что я чувствую его горячее дыхание на своей руке.

Внешне я спокойна, но внутри играет оркестр. Кажется, вальс Мендельсона.

— Так. Вот это наша школа, видишь? – Он проводит пальцем по карте, почти касаясь моей руки. – А здесь, по идее, какой-то парк. Или пустырь. Вот это похоже на автобусную остановку…