Развод. Свекровь - а я говорила! - Полина Измайлова Страница 27

В машине тихо. Лука не лезет с разговорами. Просто везет меня домой. Рядом. Рука на руле. Моя на коленях. Грею ее о другую. Хочется сказать что-то… Нет, не глупое. Что-то нормальное. Про жизнь. Про то, что, наверное, мне давно не было так спокойно. И так… интересно.

— Спасибо за вечер, — говорю, когда машина останавливается у дома.

— Это тебе спасибо. Я отлично провел время.

Я киваю. И собираюсь уже открыть дверь, но он вдруг тихо добавляет:

— Я рад, что мы снова встретились, Лукерья.

— Я тоже, — улыбаюсь.

Понимаю, что нужно выйти, но расставаться с ним просто нет сил, и…

— Пригласишь на чай.

— Выпьешь чаю?

Это мы говорим одновременно, и смеемся, а потом он наклоняется и притягивает мою голову.

Губы у него такие мягкие, горячие и сладкие.

И как же он классно целуется!

Отрываемся друг от друга, я чувствую себя немного неловко, Лука помогает выйти из машины.

Мы поднимаемся к квартире, открываю дверь, заходим, и тут я вспоминаю…

— Ой… я… у меня… у меня чай закончился, вчера.

— Да? Ну и к черту чай.

Говорит он и прижимает меня к стене…

Боже, к черту чай!

Глава 12. Моя старая новая свекровь?

Глава 12. Моя старая новая свекровь?

Лука

К черту чай. Я хочу ее…

Такую сладкую, милую, дерзкую, такую нежную, веселую, живую… Настоящую.

Срисовал ее еще тогда. Иногда полезно въехать в лужу.

Эти глаза, заплаканные, несчастные, губы обветренные, руки, которые хотелось согревать в своих.

Всю её хотелось согревать.

Уже потом анализировал, думал. Черт, что меня так торкнуло? Что зацепило?

Она ведь выглядела совсем просто, я вообще сначала думал — что за обиженный подросток?

Не подросток — девушка, женщина.

Уязвимая.

Это зацепило.

Захотелось помочь, сразу.

Рыцарем себя почувствовать. Героем. Ее героем.

Чтобы потом бить себя кулаками в грудь и орать, как долбаный Тарзан.

Она так краснела, но не испугалась пойти со мной в ресторан.

Устрицы ей зашли.

А я думал о том, что устрицы — это природный офигительный афродизиак. После устриц бывает обалденный секс.

Рассчитывал ли я на него в тот первый вечер?

Да. Хотя и понимал, что девочка она серьезная и вряд ли пойдет с первым встречным.

А хотелось.

Девушку с необычным именем Лукерья. Луша. И надо же было такому случиться, что я — Лука?

Сегодня я тоже думал об устрицах.

И о том, что не отпущу ее. Однозначно.

Нет, я отпустил бы, если бы знал, что она не хочет, не готова, что ей нужно время.

Но Луша хотела. И я хотел.

Я ведь ее искал.

Пытался понять, сколько в столице девушек с таким именем. Оказалось — довольно прилично. Потом выяснил, что половина базы — твинки какой-то актрисы, использующие ее имя.

А потом оказалось, что Москва — город маленький.

Я еще тогда напрягся, когда Лукерья назвала свою свекровь Адой. Потом мужа — Кешей. Что-то меня цепануло.

Через несколько дней увиделся с отцом и его новой знакомой, Аделаидой Степановной, которая рассказывала про непутевого сына Кешу и его прекрасную жену Лушу.

Пазл сложился.

Я хотел приехать к ней, но Аделаида меня притормозила, сказала — дай ей выдохнуть, никуда она от тебя не денется.

Я дал время.

Но больше ждать не хотелось.

Я хотел понять, могу ли я рассчитывать…

На чай…

После устриц…

— Боже, Лука… какой ты…

— Какой?

— Большой…

— Это плохо?

— Это хорошо, иди сюда скорее…

О, да!