Приват для Крутого - Екатерина Ромеро Страница 273

***

– Мы будем пытаться еще! Я поговорю с врачами!

– Не надо, хорош, Воробей. Все нормально, правда. Эй, только не плачь, я слышу все.

Мы уже дома. Нам сказали, эта операция будет последней. И если после нее Савелий видеть не начнет, нет смысла больше пытаться.

У него была надежда, я видела это. Савелий даже к священнику ходил, и я просила бога, чтобы он начал видеть. Хоть немного, хотя бы свет. Нашего сына чтобы увидел хоть раз, но ничего нет. Савелий живет во тьме, и мне больно видеть его таким. Часто мрачным, закрытым, молчаливым.

Мы каждый вечер теперь проводим вместе. Обычно говорим обо всем на свете, играем со Львом либо слушаем музыку.

Иногда я читаю вслух. Лева забирается тогда на руки Савве, и они оба слушают меня. У нас дома уже собралась библиотека, и еще одно: я потихоньку учусь, как ни странно, у Ганса. Он вводит меня в дела Прайда, и теперь уже обоснованно я начинаю вникать в документы, счета, договоры.

Я хочу стать глазами Крутого и помочь ему вернуться к работе. Кажется, у меня получается, и я с осени буду ходить на курсы бухгалтерии.

Я вижу себя в клубе, это наш второй дом, и мне уже плевать на то, видит Савелий или нет. Он жив, он рядом со мной, этого достаточно.

Лев тоже быстро привык к тому, что у него есть папа, и к тому, что папа не видит. Мы все адаптируемся, жизнь никогда не бывает простой, но мы не сдаемся и никогда не сдадимся,ведь даже после самой черной ночи всегда наступает рассвет.

Прошло три месяца

– Ты так быстро учишься. Даша, был бы Фари рядом, он бы тебя похвалил.

– Спасибо. Я рада.

У меня получается работать с документами, и довольно быстро Савелий берет меня с собой на все встречи, я работаю, так сказать, его глазами.

Помогаю читать бумаги, заключать договоры. Да, Ганс всегда тоже рядом, но я чувствую, что не бесполезна.

Мы с Савелием вместе каждый день, и все налаживается. Постепенно, маленькими шагами. На работе у нас деловые отношения, но это только при чужих. При своих же Крутой никогда не стесняется взять меня за руку или обнять.

В клубе все тихо, пришла замена для Веры и Киры, о которых мы уже забыли. Они в тюрьме, получили по заслугам. Все прошло, и Прайд отстраивается так же, как и наши отношения.

Мы словно идем по пеплу босыми ногами, а под ним уже зеленеет мягкая трава. Лев довольно быстро начал называть Савелия папой. Он даже быстрее к нему привык, чем я, а я… я первое время боюсь Крутого.

Даже в таком состоянии мне сложно переступить через обиды и страх, но все проходит. Я поняла, что люблю его, и вижу, что Савелий любит тоже. Он не обидит никогда ни меня, ни ребенка, и только этот барьер близости… Мы никак не можем его переступить.

Мы уже не один месяц живем как муж и жена, воспитываем сына и даже спим в одной постели, но я всегда в одежде, и Савелий никогда не настаивает.

Постепенно обида проходит, сменяясь тем, что я так соскучилась по Савелию, просто невероятно. Иногда я прижимаюсь к нему и мы начинаем целоваться, но после Крутой останавливается, укрывает меня одеялом. Он не готов сам, а я уже скучаю. По его рукам, по горячим поцелуям.

Это сложно, особенно после всего, но я не отчаиваюсь. Наступит день – мы оба будем готовы.

***

– Спишь?

– Нет. Уложила Льва. Он набегался с Лешей, они оба в комнате вырубились.

Уже поздний вечер, и мы вдвоем. Савелий входит и ставит магнитофон, включает тихую музыку.