Твоя тайная дочь - Полина Ривера Страница 28

А тут Арина… Невеста, которую подарили мне. Навязали в комплекте с должностью. Но она моя сейчас, понимаете? Ее сделали моей… Я получил ее. Я! Не Даня, хоть он и смотрел на малиновку совсем не по-братски… Не другой мужик, а я! Никто ее не отберет… Странное сравнение, даже циничное… Все же Арина не вещь. Не игрушка, и не моя собственность.

Сбрасываю с себя дурацкие мысли и становлюсь под душ. Легче не становится… Вытираю влажные волосы полотенцем, заслышав ее тихие шаги по коридору.

– Я пришла, – произносит чуть слышно.

– Что это на тебе? – улыбаюсь, протягивая к ней руки.

На Ари огромная фланелевая пижама. Скорее, смешная и практичная, нежели сексуальная.

– Извини, я подумала, что для тебя все это неважно… Белье, наряды и… Черт… Фил, я не стану тебя добиваться. Корчить из себя что-то, наряжаться, соблазнять…

– Не надо, Арина. И, да… Мне плевать на пижаму. Кстати, она милая.

Я торопливо расстегиваю пуговицы и стаскиваю кофту с ее хрупких плеч. Забираюсь ладонями под резинку штанов, с наслаждением отмечая, что она без трусиков.

– А вот это правильно, – шепчу хрипловато, сжимая ее ягодицы.

Ари молчит. Обвивает мои плечи руками и целует в губы. Толкаюсь в ее рот языком, посасываю сладкие губы, пью ее, как воду… Моя невеста, блять… Мой подарок,только мой.

Арина гладит мою грудь, плечи, ползет пальчиками ниже… Обхватывает напряженный ствол, слегка царапая его ноготками. У меня перед глазами мелькают разноцветные круги… Не хочу думать… Мысли приносят только боль. Будят позабытые обиды, неволят душу… Не хочу думать… Только не сейчас.

Подхватываю ее на руки и несу в кровать. Наваливаюсь сверху, не переставая целовать и ласкать. Вкусная такая. Нежная, ароматная… Прикусываю острые, как тугие ягодки соски, облизываю кончиком языка ее живот, кружу вокруг пупка, ощущая пряный аромат ее возбуждения. Наверное, так пахнет секс – морской водой, горячим, раскаленным песком, хвоей и ветром… Немного полынью и свежей травой.

Развожу ее стройные бедра и касаюсь пальцами набухших складок. Она стонет и подается вперед, навстречу ласкающим рукам… Беззащитная, нежная, непредсказуемая в своих мыслях и желаниях…

Погружаюсь пальцами внутрь, размазывая влагу вокруг напряженного узелка, а потом решаюсь попробовать ее на вкус. Моя ведь девочка… Я так давно этого не делал. Брал то, за что платил, не заботясь о чужом удовольствии.

– Фил, господи… Не надо… Нет…

– Почему? Тебе не нравится?

– Это слишком… Я же потом должна ответить на твою любезность, а я… Не умею, – честно говорит Ари, с трудом восстанавливая дыхание.

– Не понял, малиновка. У тебя никого больше не было? Только не говори, что… Я все равно не поверю.

– Никого, – выдыхает она.

В свете луны из окна ее глаза возбужденно сверкают. Из полураскрытых губ рвется частое дыхание. Поглаживаю ее запястье, ощущая под пальцами быстрый пульс… Испуганная птичка… И я до умопомрачения испуган ее признанием. Как такое возможно?

– Боже мой, Ари… Ты – ящик Пандоры, ей-богу. Или ларчик с подарками, или…

– А-ах!

Я возвращаюсь к своему занятию. Собираю языком влагу, ласкаю ее с каким-то безумным старанием. По спине градом катится пот, в глазах темнеет от предвкушения… Так ее хочу… Выходит, она по-настоящему моя? Исключительно моя? Только моя и ничья больше… И никто и никогда не касался этого прекрасного тела?