Преподаватель - Юлия Хокка Страница 285

— Ну… Олег пришел работать в университет, где я уч…

— Это я знаю. Он говорил. Я имею в виду, как вы пришли к отношениям?

— Это как-то само собой получилось. Мы общались на учебе, пару раз пересеклись за ее пределами, – пальцы скользнули к ожерелью, но я вовремя это заметила и опустила руку, – ну и возникла взаимная симпатия. Мы долго не решались вступить в отношения, но потом все же как-то… вступили. – Губы снова расползлись в улыбке, скорее неловкой, нежели дружелюбной.

На маме Шефера были надеты красивые золотые украшения. Скорее всего, женщина работала в хорошей, возможно, частной школе, так как для среднестатистической учительницы она выглядела слишком статусно, если брать во внимание ее внешний вид в целом.

— А кто проявил инициативу?

— Изначально все было обоюдно, то есть с обеих сторон, но последний, решающий шаг сделал все же Олег. Знаете, Олег такой замечательный, мне с ним безумно повезло. Я его очень люблю.

Случайно с губ сорвалось то, что напрямую я еще ни разу не говорила ему самому.

— Да, я знаю, что мой сын замечательный, – она качнула головой, – мы с его отцом вложили много сил в воспитание ребенка. Но про любовь не рано ли говорить? Сколько вы вместе?

— Недолго, это правда, но я лишь озвучила то, что чувствую.

Наконец мужчины вернулись в комнату, так что стало возможным хоть немного выдохнуть. Шефер сел рядом и незаметно коснулся моего колена.

— О чем болтаете, дамы? – спросил он.

— Об истории наших отношений, – отозвалась я.

— А сколько Олесе лет? – Татьяна Леонидовна чуть нахмурила брови и глянула на сына.

— Мне двадцать. Летом исполнится двадцать один.

— Получается, десять лет разницы? – Она снова смотрела исключительно на сына.

— Да, мама. А у вас с папой шесть. Почти то же самое.

— Ну, не совсем.

Олег проигнорировал этот выпад и сменил тему:

— Пап, ну что, как у тебя на работе дела? Решили проблему?

— Да-а, – Сергей Робертович почесал затылок, – решили, но не до конца.

Диалог полностью перешел на обсуждение дел предприятия, где работал Шефер-старший, и это помогло мне чувствовать себя комфортней, потому что фокус внимания сместился. Большая часть того, о чем говорили, оставалась неясной, все имена были незнакомыми, да и о его работе мне почти ничего не было известно, зато появилась возможность понаблюдать за участниками этого диалога.

Сергей Робертович производил впечатление сдержанного и серьезного человека, холодного и малоэмоционального. Он казался весьма педантичным, обязательным и надежным, но скупым на проявление нежности и любви, во всяком случае, на первый взгляд это выглядело так. В движениях и манере общения они с Олегом были очень схожи.

От Татьяны Леонидовны сын однозначно взял привычку прищуриваться и сжимать губы в одну линию, в остальном же особых общих черт не наблюдалось. Мать Шефера мне нравилась немного меньше, чем его отец. Мне не очень импонировал такой типаж женщин – слишком уж серьезной и придирчивой она казалась. Но семью свою явно любила.

— Олесь, а вы работаете? – обратился ко мне Сергей Робертович.

Каждая мышца в теле напряглась. Признаваться было неловко, но и врать не хотелось.

— Официально сейчас нет, только иногда беру подработки, вроде копирайтинга, транскрибирования или подобного. – Взгляд скользнул в сторону, но выражение лица Татьяны Леонидовны мне удалось заметить. Оно было красноречивее всяких слов, но на лбу все же не хватало надписи «недовольство».