Образцовый доктор - Татьяна Донченко Страница 29

Сердце оборвалось, когда Зоя это сказала.

Маленькое тело Машули била дрожь, а взгляд потух. Врачи переглянулись, словно встревоженные этим предположением, и зашептали что-то о «непредвиденных осложнениях».

Осложнениях! Да все эти осложнения – его рук дело!

Валера. Просто произносить его имя стало для меня синонимом беды.

Он же ворвался в палату, словно ураган! Хватать ребенка на руки сразу после операции! Кто ему дал на это право? Его грубые, неаккуратные движения… Я помню, как протестовала, кричала, пыталась остановить его, но он не слышал меня, ослепленный своей отцовской гордостью, которая на самом деле была лишь проявлением эгоизма.

И теперь моя малышка страдает. Страдает из-за его импульсивности, из-за его невежества. Гнев душит меня.

Я была готова разорвать его на части за каждую слезинку моей девочки, за каждую минуту ее боли. Мои руки дрожали от желания отомстить, но я сдерживала себя. Сейчас главное – она. Главное – чтобы она поправилась. А с Валерой я разберусь позже. Он заплатит за все. Заплатит сполна.

— √V»–^√–~√V–^√V–

К концу дня у Машули снова поднялась температура. УЗИ ничего не показало: швы в порядке, с животом все было нормально. Но почему же у ребенка держалась температура? И почему она страдала от вздутия, которое причиняло ей боль?

Она постоянно, неустанно хныкала и жаловалась на боль.

Врачи и медсестры тоже переживали. Машуле сделали клизму, чтобы очистить кишечник, но она не ела уже несколько дней, поэтому вышло только немного воды. Каждый раз, когда кто-то в белом халате входил в палату, моя бедная девочка пугалась.

Она доверяла только Людмиле Дмитриевне. Та быстро завоевала её расположение, подарив забавные книжки-малышки и читая их вслух, пока я ходила в душ.

Как же приятно помыться и переодеться в чистое белье! Я наконец сняла рабочий костюм, туфли и переоделась в легкую пижаму и тапочки. А зубы почистила дважды! Чистый кайф!

Вышла из душевой и увидела, что моя малышка спит. Пока «красивая тетя с белыми волосами», как она ее назвала, читала ей сказку.

— Спасибо, что провели с ней время, – сказала я, вернувшись к кровати и повесив полотенце у изголовья. – И за книги тоже благодарю.

— Не за что, – улыбнулась она, – ты же знаешь, что это… – она опасливо огляделась и прошептала, – это такая мелочь в сравнении с тем, что мне хотелось бы сделать для племяшки.

— А… у тебя своих детей нет? Прости за нескромный вопрос.

Она помотала головой.

— И-и-и… – я уже покраснела, не успев спросить. – Племянников тоже нет?

Людмила снова отрицательно покачала головой и хитро улыбнулась. Она поняла, почему я задал этот вопрос.

Узнав, что у Алексея нет детей, я неожиданно почувствовала облегчение. Оно было настолько сильным, что я не смогла его скрыть. Громко и протяжно вздохнула, вызвав еще одну улыбку у заведующей.

— И если хочешь знать, то и невесток у меня тоже нет, – добавила она, подмигнув.

— Почему?

Это было странно. Кораблев невероятно привлекателен! Он обаятельный, добрый, чувство юмора на высоте, заботливый и умеет прекрасно ладить с детьми, да еще и врач. Это же десять из десяти!

Как такого еще никто не отцапал?

— Наш Алексей Дмитриевич женат на работе, – с грустью сказала блондинка, потупив взгляд.

Я поняла, что у нее есть история, о которой она не захотела говорить. Не стала задавать вопросы, решив, что это не мое дело. Вероятно, в его жизни произошло что-то, из-за чего он полностью посвятил себя работе и заботе о здоровье детей.