Зачет по личному делу 1 - Мари Скай Страница 3

— Лекция окончена, — объявила я, нарочито медленно собирая бумаги в папку, чтобы скрыть дрожь в руках. — Вопросы по теме есть?

Вопросов, разумеется, не было. Студенты, звеня телефонами и переговариваясь, потянулись к выходу. Я уже почти выдохнула, уже позволила себе расслабить плечи, когда перед моим столом, отрезая путь к отступлению, бесшумно выросли три фигуры.

Они подошли как хищники — слаженно и неотвратимо. Марк опёрся руками о край стола, нависая надо мной всей своей массой. С такого близкого расстояния я увидела, какие у него на самом деле тёмные, почти чёрные глаза, без зрачков, и какой жёсткий, волевой изгиб губ. От него пахло дорогим алкоголем, табаком и чем-то древесным, мускусным.

— Алина Валерьевна, — сказал он тихо, почти интимно, заговорщицки. — А мы хотели бы спросить. Консультация, так сказать. По учёбе.

Денис встал справа, заглядывая в мои конспекты, но я видела, что его интересует не текст. Артём остался чуть позади, у меня за спиной, и я буквально затылком чувствовала жар его тела и тяжесть его пристального взгляда.

— Слушаю вас, — ответила я максимально холодно, глядя прямо в глаза Марку. Не отводить взгляд — единственный способ показать, что ты не жертва.

— Скажите, — Марк чуть склонил голову набок, как любопытный пёс, — а у вас есть правило не встречаться со студентами? Ну, знаете, эти дурацкие этические кодексы? Или это только в американских фильмах про колледжи?

У меня перехватило дыхание.

— Что простите?

— Ну, — он усмехнулся, на этот раз шире, обнажив ровные белые зубы, — просто стало интересно. Потому что мы втроём тут посовещались и решили, что вы будете нашей. Нашей женщиной. Вопрос лишь в том, как быстро вы это осознаете и примете.

Я буквально поперхнулась воздухом. Такой наглости я не ожидала.

— Марк, вы, кажется, забываете элементарные вещи. Я — ваш преподаватель. Мне тридцать пять лет, а вам…

— Двадцать два, — мягко закончил за меня Денис, и его ангельская, почти невинная улыбка стала вдруг очень взрослой и опасной. — Самый сок, Алина Валерьевна. Мы не старые пердуны, которые не знают, как доставить женщине удовольствие, которые думают только о себе. Мы молоды, полны сил и, знаете… настойчивы.

Он протянул руку и взял со стола мою авторучку. Самый обычный жест. Но его пальцы на секунду накрыли мои, и по руке от кисти до самого плеча пробежал такой разряд, будто меня ударило током. Кожа вспыхнула.

Я отдёрнула руку, как ошпаренная.

— Вон из аудитории, — сказала я как можно жёстче, но голос предательски сел. — Немедленно. Или я иду к декану.

Марк медленно выпрямился, засунул руки в карманы своих идеально сидящих брюк и окинул меня взглядом — от корней волос до кончиков туфель. Медленно, смакуя, задерживаясь на груди, на талии, на бёдрах.

— Каблуки, — заметил он будто бы в пустоту. — Красная подошва. «Кристиан Лабутен». Дорогая игрушка. И трусики, судя по тому, как натянулась юбка на попе, — стринги. Алина Валерьевна, а вы носите стринги под свой строгий преподавательский костюм?

— Вон!!! — это был уже не крик, это был визг, полный унижения и животного страха.

Они ушли. Все трое. Но перед тем как тяжёлая дверь аудитории захлопнулась, Артём, тот, который всё время молчал, обернулся и посмотрел на меня в упор. Молча. И в этом взгляде не было ничего, кроме обещания. Тёмного, всепоглощающего, жаркого, от которого у меня подкосились ноги и пришлось схватиться за край стола, чтобы не упасть.