Бандит-одиночка и дочка! - Лия Седая Страница 3

Ну, невозможно это!

Насквозь, от головы до пяток меня пробила совершенно бешеная мысль. А что, если Яна все же моя дочь?

Тогда... Ооо...

Глава 2

— А можно мне водички?

Яна дисциплинированно остановилась на входе и стояла, сложив ручки на пышном платье.

— Можно. На кухню топай, — я бросил ее сумку на пол и поманил за собой.

— Что делать?

— Эм, — тут уж растерялся я. Однако, придется и свой словарный запас проредить. — Иди за мной. И, вообще, чувствуй себя как дома.

Я даже обернулся, чтобы убедиться, что она поняла такую сложную словесную конструкцию. Четыре года все-таки. Я в четыре умел только палкой грязь ковырять в родном поселке и люлей от матери выхватывать.

Но Яна точно была куда круче меня.

Она нагнулась, расстегнула ремешки на своих сандаликах. Сняла их и аккуратно поставила в прихожей. Черт...

Белые колготки.

По моему полу.

Опасность. Если ее ко мне привезли, я как это потом отстирывать буду? Хотя... Я прищурился.

Тема та же, что и с моими носками. Зачем стирать, если можно купить новые, верно ведь?

Я налил в стакан воды из-под крана и подал девочке.

Называть ее дочерью даже мысленно было слишком странно пока что. Вначале я все точно узнаю. Для меня это не составит труда сейчас, когда она вот, под рукой.

— А можно кипяченой? — она тут же вернула мне стакан обратно.

— А чем тебя такая не устраивает? — я покрутил его в пальцах. Отпил сам. — Нормальная вода вроде.

— Там микробы.

— Да не, — я не смог сдержать улыбки. Ну, надо же, какие нынче дети пошли.

Я открыл дверцу шкафа под раковиной.

Белыми кобами там висел фильтр.

— Гляди. Видишь эти штуки?

— Вижу.

— Вот. Это фильтр. Вся грязная вода через него проходит, и все микробы в них остаются. А из крана течет хорошая вкусная водичка. Ты же видела, как я пил?

— Угу, — она кивнула светлой головой.

— Вот. И не болею. Так что пей, не бойся.

Взгляд серых глаз был такой, что даже захотелось поежиться. Серьезный, вдумчивый. Да, она была похожа на мою бывшую жену. Но в то же время, была совершенно другая. С ней как-то сюсюкаться не возникало желания. По глазам — не ребенок, взрослый человек.

А по поведению — все равно дите, что уж там.

— Пей, — я не смог не улыбнуться.

Она поднесла стакан к губам, а вот улыбка с меня сползла. Это все прикольно. Делать-то что? Я с детьми не умею. Я их и не видел никогда, не общался. Ни у кого из моих ребят детей пока нет.

Не потому что мы не думаем о семье, а потому что ритм жизни такой.

Да и опасно это все.

Наша работа — риск, как ни крути.

Я оттолкнулся от раковины и пошел в спальню. Надо что-то придумывать. Я же не могу сидеть с ребенком дома, мне, в конце концов, на работу надо будет.

Пальцы сжали телефон.

А что делать-то? Матери позвонить и попросить присмотреть? Так она меня съесть живьем. Не из-за Янки вообще, а из-за того, что я узнал о ней только сейчас. Моей матушке даже в голову не придет, что ребенок вполне может оказаться и не моим.

Я помрачнел.

А мне вот пришло. И я это проверю точно. Потому что от Алины ожидать можно всего, чего угодно. Та еще стерва. Всегда только выгоду личную ищет. Я хмыкнул.

Удивительно.

Если Яна реально моя дочь, то, как она смогла четыре года ее скрывать? На что жила? Зная бывшую жену, она должна была бы прибежать ко мне с истерикой и начать меня шантажировать ребенком еще будучи беременной.