Неисправная Анна. Книга 1 - Тата Алатова Страница 32

Значит, все, против чего они с Раевским боролись — развивается и процветает. Никто не подхватил выпавшее знамя, никто не вышел на баррикады. Люди просто приспособились. Собственная жизнь кажется такой смешной, если как следует об этом подумать.

— Вижу, вы знаете, что делать, — одобрительно говорит Бардасов. — Позаботьтесь о нашей любимой игрушке.

И он уходит, оставив ее в блаженном одиночестве. Лучшее время за это утро, за все прошедшие восемь лет — только Анна и то, что она на самом деле понимает и умеет. В сосредоточенности ее работы нет суеты и тревоги, одно успокоение.

И благодать грубо нарушается резким хлопком двери — реальность снова тут как тут, всегда готова к новому нападению.

— Наш-то вернулся от его превосходительства, — интимно шепчет Прохоров, смешно округляя глаза. — Злющий, что сатана, видать здорово ему накрутили хвост. Анна Владимировна, голубушка, пойдемте быстрее.

— Куда? — теряется она.

— Александр Дмитриевич собирает отдел на совещание.

— Мне тоже там полагается быть?.. Но к чему?

Прохоров хватает ее под многострадальный локоть, тянет за собой.

— Понимаю, никому не охота. Надо потерпеть, Анна Владимировна, да не вздумайте огрызаться,хуже будет. Я помню ваш характер, норовистая вы…

— Была, Григорий Сергеевич, была. Нынче я и сама не знаю, какая, — с удивительной откровенностью признается она, пытаясь поспеть за ним. Это все оттого, что Архарова после вчерашнего видеть гадко. Она еще не готова к новой порции унижений, прежние бы с себя смыть.

В кабинете уже все, они с Прохоровым приходят последними. Анна торопливо забивается в самый дальний угол, не поднимает глаз. Можно ли кого-то ненавидеть так сильно, что даже воздуха не хватает?

— Григорий Сергеевич, что у нас? — голос Архарова резок, нетерпелив, и Анна увлеченно начинает воображать, как его только что отчитало начальство и как этот мерзавец потел и краснел на ковре у неведомого превосходительства.

— Новое дело студента Быкова с Вязкой улицы, — рапортует Прохоров. — Да там ерунда какая-то, Александр Дмитриевич. Якобы у него из сейфа украли некое изобретение, способное выводить из строя простейшие механизмы.

— Виктор Степанович, ваше заключение?

— А меня не было на месте преступления, — ехидно информирует Голубев. — Григорию Сергеевичу взбрело в голову взять с собой младшего механика. Вот, извольте взглянуть, что за отчет она начирикала. Какая-то тарабарщина, право слово.

Анна закусывает губу и исподлобья следит, как листы бумаги ложатся на стол. Архаров даже не пытается их прочитать, вместо этого он коротко уточняет:

— Анна Владимировна?

— Все изложено, — скупо отвечает она, оскорбленная сверх всякой меры поведением главного механика. Она же все крайне понятно описала!

— Теперь своими словами, — настаивает Архаров.

— Своими словами, — она поворачивает голову и объясняет исключительно Голубеву, — студент Быков создал компактный акустический резонатор, способный вызывать деструктивные колебания в металлических компонентах механизмов. Прибор действует избирательно, на определенной частоте.

— Или же студент Быков сочинил байку про резонатор, — парирует Голубев. — А на самом деле хранил в сейфе украденные цацки.

— Изъятые чертежи подтверждают, что мыслил он в верном направлении, и резонатор вполне может существовать. И это действительно опасная штуковина.