Родной приемный сын миллиардера - Ксения Фави Страница 32

— Ему вроде полгода.

— Сначала в дошкольное! Сын, я все продумаю.

— Мне трудно поверить, что Ярослава такая ужасная мать.

Мама шумно дышит. Снова машет руками. Так и воспарит под высоким потолком, глядишь.

— Сын, просто не бери в голову! Мне нужно лишь твое согласие и юрист.

Поднимаю вверх ладонь.

— Значит так… Раз ты забрала ребенка, он слишком никому не нужен. Я оформлю на него опеку, но как только поправится Яра, поговорю с ней. Находиться малой будет здесь. Я должен быть уверен, что с ним все хорошо. И дай мне уже координаты больницы.

Мама сделала еще несколько эмоциональных попыток меня убедить. Но я лишь отправился завтракать. А когда провел утреннюю встречу, поехал в больницу. Убедился сам, что у Яры есть все необходимое.

Я действовал на инстинктах, хотел защитить. Совсем не думал, что через несколько недель буду вот так целовать ее.

Чувствую ее горячий лоб на своей щеке и возвращаюсь вреальность.

— Тамир… — она с жаром выдыхает мое имя.

— Извини, — из меня вырывается.

— Ты серьезно?! — в ее голосе разочарование.

Она отрывается от меня и садится рядом. Что остается? Дать себе в морду? Но я не хочу обидеть ее, видит Бог.

— Не хочу, чтобы ты думала… Я не считаю, что ты всегда в моем доступе. Что я могу прикасаться к тебе, когда пожелаю.

— После того, как я открыла тебе тогда? После стольких лет? А ты снова пропал… Неважно.

Заметно, ей тяжело говорить.

— Я просто не хочу тебя обидеть.

— Ты оформил опеку над моим ребенком и ведешь за мной наблюдение! — Яра хмыкает. — Как-то уже бессмысленно на тебя обижаться. Не бери в голову. И тоже прости за эту минуту слабости.

Строит из себя равнодушную, а голос так и дрожит. Но черт, хоть я извинился, я ни о чем не жалею.

— Мы переоформим все, когда придет время.

— То есть пока еще я не внушаю доверие?!

Она нервно облизывает губы, и я снова хочу дотронуться до них. Зализать ранки.

Черт, кто сгладит шероховатости наших отношений? Она хотела их завершить. Но как правильно заметила, впустила меня второй раз.

— Дело не в этом.

— А в чем?!

В том, что после опеки я оформлю отцовство. Так ей сказать? Я дал себе слово действовать осторожно. Но видит небо, как трудно! Так и хочется встряхнуть ее и привести в чувства.

— Что конкретно тебя тяготит? Тебе так тяжело физически и морально? Может, есть кто-то, с кем ты теперь не можешь видеться?

Одна мысль, что у нее кто-то есть, обжигает ревностью.

— Да я бы тебя на пушечный выстрел не подпустила, если бы была несвободна!

— Но это ведь был… порыв! — развожу руками.

— Замолчи!

Она оттолкнула меня, вычеркнула из своей жизни. Теперь не говорит мне о ребенке.

Я просто хочу понять, почему в ее глазах я такой монстр?!

Хоть немного понять ее перед тем, как поднимать самую серьезную тему.

Или просто не хочу отпускать? Ведь узнав, что я в курсе про отцовство, она сразу съедет. Тем более после инфы про тест ДНК.

Это был плохой поступок, я знаю.

А еще я, возможно, буду плохим отцом. И мужем. Что если я буду таким же, как папа? Не лучше ли сыну вообще не знать меня.

Я задыхаюсь во всех этих мыслях.

— Что тебе не хватает, Яра?

Вопрос глобальный. Но она, конечно, пока не понимает.

— Мы оба взвинчены.Давай не будем продолжать, — она как будто взяла себя в руки.

— Я не хотел выводить тебя на эмоции.