Подонки. «Молись и проси» - Кейт Блейз Страница 33

— Не останавливайся.

Я снова вхожу в неё, теперь медленно, чувствуя каждый миллиметр её тела. Она цепляется за мои плечи, притягивает ближе, и мы продолжаем эту дикую пляску.

Я привык всё просчитывать на два шага вперёд, но сейчас я не могу думать ни о чём, кроме того, как её киска жадно принимает меня. Это бесит, и это кайф — быть здесь и сейчас.

Только она, её запах, её вкус, её дыхание у моего уха.

Я чувствую, как внутри нарастает напряжение, как оно скручивается в тугой узел где-то внизу живота. Её бёдра двигаются навстречу, с каждым толчком всё быстрее, и я перестаю контролировать ритм. Всё исчезает — дождь, ночь, сад, остаются только мы, наши тела, этот разряд, который вот-вот разорвёт меня изнутри.

В тот момент, когда я чувствую приближение оргазма, небо разрезает молния — белая, слепящая. На секунду я вижу её лицо, искажённое удовольствием, и это изображение врезается в память сильнее любого поцелуя.

Она кончает второй раз, тихо и протяжно, выгибаясь подо мной. Её ноги судорожно сжимают мою талию, и это становится последней каплей. Моё тело выгибается, я теряюсь в ощущениях, только пульсация в паху и её имя, застрявшее в горле. Я сжимаю зубы, утыкаюсь лицом в её плечо и выплёскиваюсь в неё глубокими, сильными толчками. В ушах звенит, перед глазами плывут круги, и на несколько секунд я перестаю понимать, где нахожусь.

Я падаю на неё сверху, тяжело дыша. Мы оба мокрые, грязные, исцарапанные, разбитые, и я чувствую, как её сердце колотится где-то под моей грудной клеткой. Внутри неё ещё пульсирует, и мышцы начинают медленно расслабляться.

Я пытаюсь отодвинуться, но она сжимает ноги, удерживая меня внутри, и шепчет:

— Нет, останься.

Мы оба замираем, чувствуя, как пульсация затихает. Дождь постепенно стихает. Она снова проводит пальцами по моему предплечью, по шрамам, которые начали складываться в её имя.

— Ты вырезал меня на себе, — говорит она, и в её голосе нет больше страха, только удивление.

Мы дышим в унисон, и этот ритм успокаивает лучше любой музыки. Я перекатываюсь на бок, притягивая её, и смотрю в небо, где сквозь разрывы туч начинают проступать звёзды.

Понимаю, что мог бы задушить её сейчас — просто сомкнуть пальцы на её горле, и она перестала бы дышать.

Мне не хочется. Это пугает сильнее, чем что-либо в жизни. Я впервые не хочу убивать женщину после того, как взял её.

Я смотрю на неё и думаю: игра не закончена. Теперь она знает, что я могу сделать. Она вернётся за добавкой, даже если будет клясться, что ненавидит меня. Я подожду.

Глава 14

Сэйдж

14 лет назад

Быть девочкой в семь лет — полная скукотища. Особенно когда учишься в элитной школе для девочек, где все вокруг такие правильные. Они хвастаются куклами и платьями, которые стоят как машина, обсуждают, кто на чьём дне рождения было круче, и носят розовые банты размером с мою голову. А я сижу на уроке этикета и думаю, как незаметно вытащить заколку из волос, чтобы она не щипалась.

Хорошо, что мама не знает, какие слова я освоила. А выучила я много, и они все очень плохие. Она бы точно разозлилась и сказала, что леди так не выражаются.

В понедельник после обеда я снова сказала мисс Пиг, что у меня болит живот. Она поверила — она вообще верит всему, что не требует лишних движений. Мисс Пиг — и Пиг её фамилия, которая полностью отражает её внешность. У неё круглое лицо, маленькие глазки и нос-пятачок, а когда она злится, она визжит, будто ей наступили на хвост.