(Не) тяжёлый случай по соседству - Лина Мак,Лада Соль Страница 34

Жаль только, что это вышло так глупо и так односторонне!

— Лиса! — громко зовёт меня Владик и дёргает куда-то в сторону от выхода.

— Маленький мой, нам в другую сторону, — отвечаю я племяннику и держу его крепко, прекрасно зная его и то, что не поймаю, если отпущу.

— Ну Лиса! — упирается Владик и поднимает на меня огромные глазищи.

— Я не понимаю, когда ты начинаешь меня звать, но не говоришь что хочешь, — вздыхаю я и перевожу взгляд в ту сторону, куда указывает Владик.

Сердце замирает, а потом сразу же пускается в бешеный галоп. Чуть в стороне от основного потока людей стоят мой братик Ромка и Медведев с переноской в руках.

Они смотрят на меня и оба улыбаются, как два дебила. Но если у Ромки всё в порядке с лицом, то у Медведева надеты солнцезащитные очки.

Владик тянет с такой силой, что руку сейчас оторвёт, а я боюсь подойти. Во мне, как и всегда при виде Медведева, поднимается желание либо врезать ему, либо… Ой, всё! Прекрати, Алиса! У него семья!

— Привет, Лиса-Алиса, — довольно говорит Ромка и сгребает меня в объятия. — И ты иди сюда, хулиган! — он подхватывает Владика на руки, и тот хохочет на весь зал, счастливо обнимая в ответ дядю.

А я стою и смотрю на Славу, который прячет свои лживые глаза за очками! Но мне так хочется, чтобы он посмотрел мне в глаза и сказал, что я дура.

— Ты мне привёз оплату? — спрашиваю я, и голос надламывается.

Опускаю взгляд на Платошу, который спит в переноске, и сердце сжимается от боли и тоски. Я так скучала по его запаху, объятиям и беззубой улыбке. Но нельзя! У него есть мама, а я…

— Ну да, — уверенно кивает Медведев и наконец-то снимает очки.

— Мать… — вскрикиваю я и прикрываю рот ладошкой, чтобы не сказать всё то, что думаю об этих взрослых мужиках.

Перевожу взгляд на старшего брата, а он отшатывается и поднимает руки ладонями вперёд.

— Сразу скажу в своё оправдание, я не хотел так сильно. Кто же знал, что он так близко будет стоять к двери, — быстро выдаёт Ромка, но улыбка на его губах говорит, что нихрена он не жалеет.

У Медведева под глазами не просто фингалы. Это маска Зорро, блин! Только не чёрная, а фиолетово-зелено-оранжевая!

— Лиса, на мне как на собаке, — улыбается Медведев. — Уже почти всё сошло.

— Ты сам как собака, Медведев, — шиплю я, и злость снова пересиливает тоску.

Мне нельзя его жалеть! Нельзя его хотеть! Да вообще ничего нельзя. Он чужой, и сын его тоже не мой.

— Как Платоша? — спрашиваю я и отворачиваюсь от этих двух великовозрастных дуболомов.

— Скучал по тебе, — отвечает уверенно Медведев, а я вздрагиваю, как будто мне снова в сердце загнали нож.

— Это подло, Слава, — хриплю я и подмечаю, как Ромка отходит с Владиком в сторону, только подмигивает мне как-то странно.

Предатель! А ещё братом называется!

— Подло не брать трубку целую неделю и не отвечать на сообщения, пока я здесь с ума схожу, — говорит Медведев и делает шаг ко мне.

Мне снова приходится задрать голову вверх, чтобы смотреть ему в глаза.

Я его терпеть не могу! Он противный сосед, который портит жизнь всему подъезду! А я приличная девушка! И вообще…

Но пальцы Медведева проходятся по моей щеке, поправляя выбившуюся прядь волос и заводя её за ухо. И от этого движения внутри меня всё подскакивает, а потом резко падает в низ живота, наполняя его томительной тяжестью.