Призрак отеля «Белая выдра» - Лена Тулинова Страница 37

Тати показалось, что он сделал ударение на слове «гостей». Ей уже хотелось поскорее попасть в банкетный зал. Надо же, вот только недавно совершенно никакого желания присутствовать на торжественном обеде у неё не было. А теперь – ну всё, что угодно, только бы не попасть в очередную глупую и страшную историю с полицией.

«Хорошо, что у меня на этот раз нет никакой сумочки, – подумалось девушке, - стало быть, никто туда ничего не подсунет!»

– Выставить его вон, фру те Ондлия? – повернулся к ней Айзингер.

– Нет, – решительно сказала Тати. – Вы… простите, я не знаю вашего имени. Эрмит…

– Эрмитлер Ольви Хедмунд, – сказал мужчина.

– Детектив, - перевела сложное для Тати слово Феоктия.

– Я многое не помню, – начала девушка.

– Вы не мoжете меня помнить, – улыбнулся Ольви Хедмунд. - Я занимался убийством вашего мужа. Будем знакомы, те Ондлия. Местный представитель правосудия – это я. Так уж получилось .

Тати протянула руку. Рукoпожатие вышло крепким и неожиданно тёплым.

Наверно, это потому что перчатки остались на полочке возле раковины там, в туалете.

ГЛАВА 12. Торжественный обед

Как ни старался Айзингер, а Хедмунд оказался в непосредственной близости к Тати. Её место было за главным столом, где во главе стола уже сидела Лателла те Ондлия. Айзингер усадил Тати напротив тёти Кайетана, а сам сел поближе к девушке, и опять-таки слева. Справа хотела устроиться компаньонка, но тут подоспел Хедмунд и попросил компаньонку пересесть.

– Позвольте за вами поухаживать, - сказал он.

Ухаживать он не умел. Да девушка и сама справлялась . Айзингер старательно предлагал разные вина, но Тати ужасно бoялась опьянеть и выкинуть какую-нибудь глупость. Что люди подумают? Они и так уже небось думают про неё всякие cтрашные вещи! Поэтому она упрямо пила из стакана чистую воду.

– Зачем вы пришли , если не собираетесь никого допрашивать? – спросила Тати, когда назойливый Айзингер отвлёкся на Теодору.

К её удивлению, Теодора вовсе не была против. Эта женщина, лет тридцати или oколо того, одетая элегантно и чуть небрежно, едва не выскакивала из платья всякий раз, когда Айзингер к ней поворачивался. У неё так волновалась грудь в глубоком вырезе платья, что становилось тревожно. Теодора улыбалась, кокетничала и вообще вела себя словно глупая девочка, на которую обратил внимание какой-нибудь завидный жених.

Хедмунд тоже с интересом поглядывал на эту пару. И на вопрос Тати ответил не сразу.

– Я собирался наблюдать, – сказал он. – Здесь впервые с похорон вашего уважаемого мужа собрались все подозреваемые. Даже на одного человека больше, чем все.

– Как это? – удивилась Тати.

– Вы знаете, что перед его смертью сказало одно милое привидение?

– Привидения бывают милыми? – удивилась девушка.

Детектив слегка усмехнулся.

– Бывают, – ответил он.

– Так что же оно сказало?

– Что гроссмейстера убьёт егo жена, - светло-серые глаза Хедмунда не отпускали взгляда Тати, и девушка смутилась .

Вот что значит «на одного человека больше, чем все». Круг подозреваемых детектива пополнился с приездом Тати.

– Хотя здесь всё-таки нет ещё одной подозреваемой. Но увы, найти её оказалось сложнее, чем вас, фру те Ондлия. Она пропала сразу после убийства. Вы-то хотя бы нашлись!

В словах детектива Тати услышала упрёк. Словно она моглачто-то с этим поделать! В её силах было разве что разрешить Хедмунду действовать. Даже несмотря на то, что Айзингер запретил ему расспрашивать гостей!