Любимая для спонсора - Полина Ривера Страница 37

– Паш, ставь чайник, надо поговорить. Срочно! – командует Санька, забирая из рук мужа Ярика.

– А я думаю, почему Мишка не отвечает, – сетует Павел. – Хотел поговорить кое о чем. Люба, а ты говорила с Олежеком? Может, стоит на него надавить? И, вообще, ты уверена, что это не Миша?Он ведь мог… Достаточно вспомнить, что одним из первых подозреваемых в поджоге бильярдного клуба был Олег. Между ними доказанный конфликт.

– Не знаю, Павел. Я боюсь ехать к нему в больницу. Он такая… Он редкостное ничтожество, – цежу сквозь зубы. – Не уверена, что нам удастся нормально поговорить. Он может шантажировать меня в обмен на…

– Поедем вместе, – предлагает Павел.

– Он и тебя пошлет, – произношу уверенно. – Нужен кто-то… С авторитетом.

– Черт… Ты права, Любань. Может, подойдет мой адвокат? Она помогла мне в суде и…

– Ты про Кристину? – недоверчиво поднимает брови Санек. – Она женщина. Уверена, на Олежека действует только грубая мужская сила или авторитет сотрудника полиции. Да и запугивать его – последнее дело. Он запишет ваш разговор на диктофон.

– Это точно, – соглашаюсь я. – Что же теперь делать?

– Записи с камер проверили? Наверное, нет, если Миша до сих пор в изоляторе.

– Проверили. Место, где напали на Олега, не попадает в зону действия камер.

– Постой, Любаш. А они разве имеют право задерживать Мишу? – оживляется Павел. – Даже осужденные за убийство по решению следователя могут ждать суда дома. А тут… Саш, я отойду, ладно? Поговорю с Кристиной, проконсультируюсь.

– Иди уже, – вздыхает Санька.

Я сижу, как на иголках, пока Павел ведет беседу из соседней комнаты. Ем любимый торт без аппетита. Пью ароматный чай с лимоном и пытаюсь себя отвлечь игрой с Яриком.

Вскакиваю с места, когда Паша возвращается. Господи, это просто безумие какое-то… Разве можно так привязаться к человеку? К чужому, тому, кого обозвала неподходящим и недостойным…

– Кристина выслушала меня и позвонила следователю Антону… Ивановичу, кажется. Потребовала, чтобы ее клиента отпустили. По закону они не имеют права содержать его под стражей. Не та статья.

– Фух, – вздыхает Сашка.

Я же даже вдохнуть боюсь. Воздух нагревается в легких так, что становится больно в груди. Все неприятности Миши связаны со мной… Я как проказа, плесень… Недаром он хочет все закончить. Я его понимаю.

– Мишу отпустят домой. Если уже не отпустили, – бормочет Павел, бросая взгляд на настенные часы.

– Домой? – переспрашиваю тупо.

– Да. Он там что-то должен подписать и не покидать город на время следствия. А, вообще, такие дела решаются до суда – путемпримирения сторон конфликта.

– О, нет… Олежек не будет мириться. Единственное, чего он хочет – насолить нам.

Я спешно прощаюсь и еду домой. В квартире пахнет краской и новой мебелью, по углам теснятся коробки, да и шторы я так и не повесила. Однако, я ничего не могу делать… Расхаживаю по комнате и смотрю на фотографию Миши в иконке мессенджера. Хочу позвонить ему, но сдерживаю порыв. С ума схожу от волнения, поймав себя на мысли, что совсем не беспокоюсь об Олежеке…

Прихожу в себя через час, когда Павел сообщает, что Мишу отпустили под подписку о невыезде. Состояние Олега к вечеру ухудшилось, его перевели в реанимацию. У следствия нет других подозреваемых, они не допускают мысли, что Филинов не виновен…