Извращенное королевство - Рина Кент Страница 37

Вместо того чтобы дать ему желаемое, я ослабеваю в его объятиях и опускаю взгляд, обрывая зрительный контакт.

Я вычеркиваю из памяти Эйдена, его металлический взгляд, жесткие черты лица и взъерошенные волосы.

— Посмотри на меня.

Я не слушаюсь.

Он наблюдает за мной в тишине туалета. Это ощущается словно иглы, воткнутые мне в череп и готовые раскроить его.

Молчаливая война продолжается минуты или даже часы. Я просто стою, рассматривая черные туфли и прокручивая в голове философские тактики Сунь-цзы.

«Подчинить армию врага не сражаясь – вот подлинная вершина превосходства».

Молчание – мое единственное оружие, и я буду использовать его до последнего. Неважно, насколько удушающая эта тишина.

В тишине Эйден отпускает мой рот. Я не кричу. Выдерживаю драгоценное молчание, словно от него зависит моя жизнь.

Он грубо хватает мою челюсть двумя пальцами и заставляет поднять голову.

— Да посмотри на меня наконец!

Я гляжу на потолок с белыми лампами.

— Эльза, – рычит он. Звук отражается эхом, словно мрачное обещание. – Не вынуждай меня.

— Покажи мне свою худшую сторону, – говорю я низким голосом.

Он впивается в меня поцелуем. Я держу рот наглухо закрытым. Ему придется искусать мне губы, если хочет поцеловать меня.

Он рычит мне в рот и больно прикусывает нежную кожу.

Я не открываюсь ему.

Не уступаю ему.

Меня удерживают гнев и боль. Они позволяют мне игнорировать реакцию моего тела.

Гнев и боль делают меня глухой к его прикосновениям.

Эйден отстраняется, но не выпускает из рук мои запястья.

— Ты уверена, что хочешь сыграть со мной в эту игру?

Я не отвечаю.

Сейчас я в безопасности внутри своего глухого кокона. Если что-то скажу, то потеряю свое убежище.

Эйден задирает мне юбку. Воздух бьет по обнаженным ногам, кожа покрывается мурашками. Его сильная рука хватает мою киску через трусики-шортики.

Дыхание становится прерывистым, грудь поднимается и опускается, словно я только что пробежала стометровку. Пальцы ног поджимаются. Я уставилась в воображаемую точку на стене за головой Эйдена.

Он солгал тебе.

У него есть невеста.

Ты его любовница.

Его тонкие пальцы проскальзывают под мои трусики и трутся об мои складки.

— М-м-м, ты не влажная. – Его мрачный голос достигает моих ушей, несмотря на мою мантру. – Это вызов мне, Холодное Сердце? Хочешь поспорить, за какое время мне удастся сделать тебя мокрой?

Продолжаю пялиться в невидимую точку, повторяя про себя мантру.

Он не заслуживает моих слов. Он ничего не заслуживает.

Эйден обводит по кругу мой клитор, медленно дразня набухшую плоть. Если я не буду обращать на это внимания, то ничего не почувствую.

Вообще ничего.

— Ты станешь влажной, – властно говорит он над моим ухом, звук бьет мне прямо в сердце. – Твои соки будут стекать по моему члену, когда я вытрахаю из тебя непокорность.

— Или можешь взять меня силой и использовать кровь вместо смазки.

Он отстраняется и смотрит на меня. Внимательно. Безучастно.

На этот раз я встречаюсь с ним взглядом. С его туманными зловещими глазами, которые иногда кажутся бесконечной пустотой. Местом, куда ты пойдешь и откуда никогда не вернешься.

Я хочу, чтобы он видел мое лицо. Без понятия, как оно сейчас выглядит, но надеюсь, что преисполнено гневом и ненавистью. Надеюсь, он видит, во что нас превратил.