Цветы, которые мы увидели сквозь слёзы - Сара Минасэ Страница 37

— Тут… болит?

— Нет. – Ицуки покачал головой. – Не болит, потому что…

— У него сломана нога, – с этими словами вошла его мама.

Я перевела взгляд с изможденного лица женщины на Ицуки и обратно.

— Мио права! Быть таким рассеянным, игнорировать светофор и чуть не убиться!

Мама Ицуки подошла к нему и нежно обняла.

— Я думала, что ты тоже исчезнешь… У меня было чувство, словно я не жива. Поэтому больше так не делай. Серьезно.

В тихой комнате послышался всхлип женщины.

— Прости меня… – прошептал он.

Она крепко обнимала сына и плакала.

— Прости меня, мама…

В этот момент медсестра позвала маму Ицуки. Та разомкнула объятия, вытерла слезы и вышла. Я посмотрела на обеспокоенное лицо Ицуки и спросила:

— О чем… о чем ты так задумался, что даже не заметил красный свет?

Ицуки замолчал. Я тоже молчала. Вдруг он сказал:

— Я думал… о тебе.

Я не ожидала такого ответа.

— Я думал о том, как хочу с тобой встретиться, Мио.

На душе стало тепло. Ицуки отвернулся, чтобы не встречаться со мной взглядом.

Ицуки, я думала о том же.

«Прости. Я… я не могу».

С того дня, как он сказал мне эти слова, я все равно хотела с ним встретиться. И хотела, очень хотела его увидеть… Во время летних каникул я усердно работала, чтобы поскорее закончить рассказ и поскорее показать его Ицуки.

В коридоре послышался шум: оттуда доносился мужской голос. Скорее всего, это был тренер команды, и он беседовал с мамой Ицуки.

Я быстро отошла от кровати.

— Ну, тогда я…

— Что? – Он с удивлением посмотрел на меня.

— Кажется, к тебе пришли ребята из твоей команды. Они все очень беспокоились о тебе, – с улыбкой сказала я и повернулась к нему спиной.

— Мио! – Ицуки окликнул меня. – Прости меня. И… спасибо.

Я медленно обернулась: передо мной был человек, которого я очень хотела видеть. В этот момент я почувствовала настоящее облегчение, и у меня из глаз потекли слезы.

— Рико? Да, я его видела. Да, с ним все в порядке. Даже поболтали.

Выйдя из больницы и встав под крышей парковки для велосипедов, я позвонила подруге. Наверное, из-за того, что я вышла в тепло из помещения с кондиционером, по моему лицу мгновенно начал течь пот.

— Правда? Я так рада! Я так волновалась!

— Да, вот только он сломал ногу… Ему придется побыть больнице некоторое время. Завтра будет операция.

— Это плохо… Но ведь нога когда-нибудь заживет? Он сможет потом играть в футбол?

— Да. Сказали, что через какое-то время вернется в спорт.

По дороге домой я рассказала Рико то, что услышала от мамы Ицуки.

— Понятно… Мне его жаль, но хорошо, что он остался жив.

Я кивнула в ответ на слова Рико.

— Это точно.

Не выпуская телефон из рук, я подняла глаза. Под голубым небом догорающего неба белое здание казалось огромным.

«Спасибо, Такэру. Спасибо, что помогаешь мне».

— Мио, ты заедешь навестить его после операции?

— Ну, я даже не знаю, стоит ли…

Сегодня я приехала импульсивно, но…

— Да что ты болтаешь?! В смысле «стоит ли»? О, я вот обязательно пойду. Хочу хорошенечко рассмотреть того, кто заставил тебя так сильно понервничать.

— Не надо так говорить, ладно?

— Ладно. Но если он еще раз скажет, что больше не хочет тебя видеть, получит от меня по лицу, – громко рассмеялась Рико, от чего на душе у меня стало легче.

— Спасибо, Рико. О, и, пожалуйста, поблагодари от меня Окууру-сэмпая.