Господа психологи - Соня Дивицкая Страница 37

6. Армия оставляет город

Последний залп прозвучал рано утром и опять на кухне, когда молодые спустились к завтраку. Маман была на позиции, лопала оладушки и смотрела любимую программу о здоровье.

Уважаемая ведущая рассказывала публике, как правильно пользоваться унитазом. Ей помогали трое мужиков. Один из них, здоровый и лысый, показывал все на себе, как стюардесса в самолете. И при этом все в студии было страшно счастливы.

— Павлуша! – позвала маман. – Павлуша! Иди скорее сюда! Это очень важно!

В телевизоре началось что-то страшное. Там все забегали возле лысого, который сидел на унитазе, и в три горла ему объясняли, что он сейчас должен сделать. Уважаемая ведущая отдавала команды:

— Поставили локти на колени, расслабили спину – и вперед!

Павлик давно не смотрел телевизор, поэтому и пошутил неосторожно:

— Что они там все пьяные, что ли?

Маман обиделась. Она всю эту вакханалию вокруг унитаза привычно конспектировала.

— Дебил! – завизжала она. – Тут врачи в телевизоре!

После этого Татьяна поняла, что больше терпеть не сможет. Она схватила пульт и выключила телик.

— Почему вы орете на сына? – подошла она к маленькой женщине. – Кто тут дебил? Не смейте его так называть!

Маман удалилась без единого слова, но через пять минут позвонила сыну и потребовала, чтобы он сию минуту явился на теткину половину.

— Штаб вызывает, – усмехнулась Татьяна и отправилась в спальню собирать свои вещи.

Совет был собран экстренно и четкой повестки не имел. Маман сумбурно повторяла, что Татьяна блудная девица, Тетушка ГБ упрекнула молодых некошеным газоном… Достаточных оснований для обвинения набрать не могли. И вдруг Бабушка-Штирлиц вытащила из-под фартука секретную тетрадь, в которой Танечка оставила свои заметки.

Дневник читала вся ставка, ничего из философских отступлений, конечно, не поняли, но личные характеристики сразу же приобщили к делу по статье «Оскорбление чести и достоинства».

— «Коротышка с тяжелой попой»! «Упрямый бычок»! «Голодная баба»! – кричала маман. – Сынок! Павлуша! Ты посмотри, что она про меня говорит!

Кстати… Последняя запись в дневнике была интересной. Ее оценила только тетя. «Человеку для счастья нужно немного, – написала Татьяна, – все наши потребности город навязывает специально, чтобы покрепче заковать нас в рабство». Тетушка ГБ почуяла, что все это пахнет побегом, а значит, какие-то деньги у молодых есть, поэтому изгонять невестку она категорически запретила.

— Ты помнишь, Павлик… – она обратилась к племяннику, – мы хотели крышу поменять? Я с мастерами договорилась… С вас сто тысяч.

Павлик, как вы уже знаете, открытых конфликтов не любил, воплей не выносил и согласно своей обычной тактике хотел развернуться и молча уйти. И вдруг, на удивление ставки, он рявкнул, громко, басом, которого семейство до сих пор от своего мальчика не слышало:

— Мартышки! Вы меня достали! Отстаньте от меня! Косите сами свой газон!

Из теткиной половины Павлик поднялся к жене и так же решительно громко спросил:

— Ну что, звезда!.. Готова жить в палатке?

Готова! Готова! Татьяна была уже давно готова к утомительным скитаниям и показала мужу свой походный рюкзачок.

Павлик начал собирать свои вещи. Бабушка-Штирлиц путалась под ногами, она пыталась выяснить, куда же собрался внучок.