Идеальная жена - Линси Сэндс Страница 38

Мысли Паэна улетучились, и он с трудом сглотнул, когда розовый язычок его супруги проворно пробежался по губам – по верхней и нижней, подбирая мелке крошки. В своих мечтах он почти физически ощущал, как она облизывает его губы – и прочие части тела, спускаясь всё ниже. Те места, которые отнюдь не были обожжены и которым было безразлично состояние его рук.

Внезапно в зале раздался звон – кубок ударился о стол, а прохладная жидкость фонтаном залила его грудь и потекла на колени, вырывая Паэна из мечтаний. С изумленным вскриком вскочив на ноги, он оглядел устроенный им беспорядок и почувствовал, как от смущения щёки становятся ярко-красными, потому что жена смотрела на него во все глаза.

Она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но тут за их спинами послышался взволнованный голос:

— Сынок, что с тобой?

Медленно обернувшись, он в отчаянии увидел, что к ним спешат его отец и мать, а с ними лорд и леди Стротон. Похоже, у этой постыдной демонстрации недееспособности были зрители.

Паэн на мгновение зажмурился, потом тряхнул головой и, открыв глаза, объявил:

— Авелин и я через час уезжаем в Харгроув, забрать моего пажа, а оттуда двинемся в Джервилль. Вы можете сопровождать нас или задержаться – как захотите.

Не обращая внимания на изумлённое аханье, вызванное его объявлением, он повернулся на пятках и вышел из замка. Нужно было найти дорогу в конюшни и проследить, чтобы оседлали его коня. Конь – единственное, что у него осталось целым после одной-единственной брачной ночи. Паэн очень надеялся, что это не станет дурным предзнаменованием.

— Мне очень жаль, дорогая. Сначала мы хотели погостить здесь немного после свадьбы, чтобы ты к нам привыкла. Но я боюсь, что Паэн… – Вздохнув, леди Джервилль продолжила объяснения. – Ему нечего надеть, кроме того, что сейчас на нём; всё прочее погибло в огне. И с обожжёнными руками он не может ни поесть… ни одеться… вообще ничего не может. Если при нём будет паж, это наверняка станет для него большим облегчением, и…

— Конечно, миледи, – мягко перебила Авелин. – Я понимаю. И я не расстроилась.

Она взглянула на мать, которая определенно не разделяла её мнения. Было видно, что Марджерия Стротон крайне опечалена поспешным отъездом дочери и сейчас прикусывает язык, чтобы не высказаться. Авелин не сомневалась, что мать Паэна прекрасно понимает, как расстроена леди Стротон, и именно это заставляет её пускаться в пространные объяснения насчёт решения сына.

— Полагаю, мне нужно проследить, чтобы мои вещи приготовили и уложили, – тихо сказала Авелин. – Матушка? Ты пойдёшь со мной?

— Да, дорогая. – Марджерия Стротон схватила протянутую руку Авелин и с отчаянием сжала её. Пока они шли к лестнице, мать так цеплялась за Авелин, что можно было подумать, будто она её никогда не отпустит. Авелин знала, что следующий час будет самым тяжёлым в её жизни. Она уезжала от матери, от отца, от брата – от всего и всех, кого знала и любила. Она должна следовать за супругом, едва знакомым человеком, через всю Англию, в свой новый дом – место, которого никогда не видела, где живут люди, которых она не знала и никогда не встречала. Авелин не предполагала, что это так больно и тяжело – быть взрослой. Наверное, мужчинам легче. Когда женится Варин, он приведёт жену сюда. Ему не нужно вить себе гнездо в неведомом краю. И как подумаешь, так это очень несправедливо.