Жуля, я и снежный роман - Ана Ховская Страница 39

Иван был весь запорошён снегом, красный, как шаровары на нём. Повесил пуховик на вешалку, снял плед и, усиленно растирая колени, спросил:

— А картошка осталась?

— Да, но холодной только давиться. Я оливье сделала. Фрукты есть, сладости…

— Фольга есть?

— Кажется, есть. А что? – недоумённо вытянулась я.

— Разогреем в золе, – подмигнул он.

— Идеальное решение! – радостно хлопнула в ладоши, и тут же нахмурилась, глядя, как Иван продолжает растирать ноги.

— Ой, – виновато прижала ладони к щекам, – опять твои штаны застряли неизвестно насколько, пяти минут не хватило, чтобы стиралка воду слила. Теперь не откроется. Если только ломать…

— Нет, ломать ничего не будем. Я же говорил, что джинсы про́клятые, – иронично поморщился Иван.

— Можем по почте прислать, когда высохнут, – донёсся из гостиной голос Вадика.

Так и мечтает его спровадить!

— На улице уже темнеет, сюда никто не поедет! – громко настойчиво проговорила я, так чтобы особо нерадивые услышали.

— Значит, я опять остаюсь, – вполне себе довольно отозвался Иван.

Мне кажется, или ему тут тоже нравится? Хотел бы уйти, давно нашёл бы способ. Может, эта Катюша никакая не девушка, а я в его вкусе? Но не спрашивать же?..

Подбирающиеся мысли о том, как вызнать, кто такая Катюша, сбил вышедший Вадик:

— А у нас есть что-то получше травы на обед?

Вот ведь!.. Видит, что мы в безвыходном положении, и ворчит! Чтоб тебя понос взял!

Я терпеливо вздохнула, а Иван просто опустил голову и улыбнулся.

У меня от его ямочек опять мураши галопом пошли.

Кажется, мы могли бы стать друзьями. Хороший всё-таки у дяди Миши сын вырос…

Вадик приблизился, хмуро перевёл взгляд на меня, и я поняла, что слишком довольно улыбаюсь.

Так, Стрельцова, всё это не твоё дело. У тебя есть Вадик. Вот разберёшься с ним, потом и будешь на других мужчин пялиться.

— Ладненько, поищу среди закруток на чердаке что-то для хищников, – шутливо ткнула пальцем в грудь Парфёнова и сделала невинную мордашку. – Вадь, поможешь? А то я вчера лампочку снесла, а там темень.

— Катастрофа ты моя! – фыркнул тот и ущипнул за попу.

Иван отвернулся и медленно пошёл в гостиную.

— Я пока картошку разогрею.

— Спасибо, Иван! – крикнула через плечо, с укором косясь на Вадика. – Не при госте же!

Благоверный усмехнулся, демонстративно подхватил меня на плечо и понёс по лестнице.

Вместо меня громко возмутился Жулька, сопровождавший нас всю дорогу до чердака.

Уже на месте я подсветила фонариком телефона, пока Вадик забирался на чердак. Дёрнул дверцу, но та не поддалась. Он возмущённо оглянулся на меня.

— Там же ключ в замке торчит! – натянула улыбку, сдерживая рвущееся «иллюминаторы протри».

Вроде всегда был сообразительным. Точно отморозил какую-то долю мозга! А может, и весь.

Вадик повернул ключ, поднял дверь и пролез на чердак.

— Дверь придержи, чтобы не захлопнулась, а то пыли сверху нападает, – попросила я, вытянув одну руку, чтобы не прибило сверху, другой – подавая Вадику телефон. – Ещё замок немного заедает. Надо смазать, что ли.

— Дом разваливается, может, продать его пора? – хмыкнул тот.

— Ага, этому дому ещё сто лет стоять! Его мой папа строил! – ревностно возразила я, вздохнула с очередной досадой и посмотрела на Жульку, глаза которого светились в полумраке коридора.