С любовью, Кит - Виктория Побединская Страница 41

— Не надо, Кит. Так будет проще. Для нас обоих.

На миг те самые искорки, что я так любила в его глазах, гаснут – я сама потушила этот огонь. Но Кит принимает мое решение с честью. Как бы больно ни было нам обоим.

Как только он уходит, Эмиль наклоняется ближе и произносит:

— Если хочешь знать, то в этом франко-российском поединке я за наших.

Я стараюсь держать лицо, но выходит, очевидно, плохо.

— С чего ты взял, что есть какой-то поединок?

— Я тебя умоляю, Вик, он так смотрит на тебя, как будто умереть за тебя хочет.

Я шепчу:

— Это что, правда так заметно?

— А то. Сама не видишь, как отец его палит всю неделю? – И шепчет: – Он влюблен в тебя, Вик. Влюблен по уши.

Глядя на мое лицо, Эмиль смеется, а я настолько смущена его словами, что даже рта не успеваю раскрыть, когда он снова шепчет мне на ухо:

— Он попросил меня подыграть, чтобы позлить тебя, придумал эту историю с подружкой по переписке, но, правда, сил моих уже нет смотреть на то, как ты бесишься. Братская солидарность, оказывается, штука жуткая. Иди уже и наваляй ему. Заодно и разберетесь! Если что, я ничего не говорил.

Он поднимает руки, словно заранее сдаваясь.

— Ты считаешь это забавным? – со злостью смотрю я на брата.

Он указывает пальцем, кого, если что, винить. Мне же хочется взять со стола бокал, подойти к Киту и, не говоря ни слова, выплеснуть содержимое ему в лицо. Или просто разрыдаться. Но я конечно же не сделаю этого. Не на празднике родителей. Не при Жан-Кристофе. И не при всех присутствующих. Поэтому я молча забираю ключи от машины и прошу Эмиля:

— Передай Картье, когда он вернется, что я сама доберусь.

Не знаю, каким образом брат это сделает, ведь он не знает французский, но мне плевать. Я разворачиваюсь и ухожу. Потому что устала. Запуталась и просто не хочу больше никого видеть.

— Вика, стой!

Увы, меня замечает Кит. И конечно же, бросается следом, но я иду лишь быстрее.

На улице начинает накрапывать дождь. Мелкий и холодный. Я закрываю голые плечи ладонями.

— Вик, да стой же!

Он успевает догнать меня, как раз когда я берусь за ручку машины.

— Пошел к черту!  – отталкиваю я его, но он лишь сильнее прижимает меня к боку автомобиля.

— Не знаю, на что ты злишься, но за руль ты в таком состоянии точно не сядешь! – Кит пытается забрать у меня ключи от машины.

— Не знаешь? Серьезно? – кричу я, от досады аж топнув ногой. – Так хочешь, я тебя просвещу? Или твоя фальшивая переписка с моим братом слишком мелкий повод для подобной истерики?

Он замирает. Я же дергаю за ручку двери:

— Пусти!

— Вик!

Но я отталкиваю его:

— Не смей меня трогать!

— Хорошо, – поднимает Кит вверх ладони. – Только отдай ключи, ладно? Если хочешь, я сам отвезу тебя обратно. Потому что не прощу себе, если с тобой вдруг что-то случится. А потом можешь меня убить. Обещаю.

И как бы я ни была на него зла, садиться за руль в таком состоянии – правда глупость. Так что, хлопнув дверью, я падаю на пассажирское сиденье и отворачиваюсь к окну.

«Я что-то не так сделал?» – прилетает тут же сообщение от Жан-Кристофа, словно инъекция реальности. Я запрокидываю голову, закрывая глаза, а потом набираю: «Нет, ты идеален. Это все я. Проблема во мне. Прости». Упираюсь лбом в стекло и несколько раз об него бьюсь.

— Все точно в порядке? – с опаской поглядывает на меня Кит. Мы движемся по дороге в сторону города, по окнам стекают мелкие капли, как раз под стать моему настроению.