Подарок на свадьбу бывшего - Диана Рымарь Страница 41

Все потому, что Арнак наговорил ей кучу разного про мою амнезию и прочее. А кто его просил? Влез куда не надо.

Я бы, может, и отдохнула после всего. Только вот моя квартира — не лучшее место для отдыха. Бетонная коробка, где я не успела даже повесить нормальные шторы с блэкаутом.

И мебель… Надувной матрац, на котором я сплю, пластмассовый стол на кухне да табуретка, плохонький кухонный гарнитур — вот и все мое богатство.

Отдыхай, Маргариточка, хоть заотдыхайся тут.

Набирайся сил и приятных впечатлений.

Звонок в дверь раздается неожиданно.

Нехотя иду открывать, а там…

Не Арнак, нет.

Курьер с огромной корзиной белых орхидей и каких-то экзотических цветов, названия которых я даже не знаю.

— Вы Маргарита Ивановна? — улыбается парень.

— Да… — растерянно отвечаю.

— Распишитесь здесь, пожалуйста.

К букету прилагается карточка: «Выздоравливай. А».

Арнак. Кто же еще?

Он издевается надо мной, что ли? Цветочки прислать после всего?

Первый порыв — оттащить корзину на мусорку, но…

Ставлю корзину на пол в спальне. Вдыхаю вкусный аромат и долго смотрю на цветы, не зная, радоваться или злиться.

Утром следующего дня история повторяется. Только теперь курьер привозит бархатную коробку. Внутри оказывается браслет с сапфирами — точно такой, на который я засмотрелась в ювелирном бутике перед Новым годом. Арнак тогда сделал вид, что не заметил моего взгляда.

«Чтобы ты помнила, что я замечаю больше, чем показываю. А».

Нет, этот тип точно надо мной издевается!

А на третий день мне приносят новенький серебристый планшет с небезызвестной эмблемой надкушенного яблока — тот самый, о котором я говорила Арнаку перед днем рождения.

И это становится последней каплей.

Хватаю телефон и яростно печатаю:

«Лучше бы вместо дорогих и бесполезных подарков ты мне выслал деньги, которые обещал!»

Что, я не права, что ли?

По-моему, очень даже права.

И мне не стыдно! Вернее, не так — почти нисколечко не стыдно.

Стискиваю зубы и пишу Арнаку дальше на адреналине:

«Я ни копейки от тебя не видела с тех самых пор, как оставил ту мерзкую записку про развод!»

Даже на этом не успокаиваюсь, продолжаю:

«Тебя, дорогой бывший муж, не волновало и не волнует, как я живу, что ем, есть ли у меня хоть копеечка!»

Ответ приходит почти мгновенно, причем такой же эмоциональный:

«В смысле — меня не волновало?!»

«В смысле — есть ли у тебя копеечка?»

«Я же тебе оставлял на расходы стопку пятитысячных в прикроватной тумбе, где обычно оставляю для тебя наличку. Специально вытащил из сейфа и положил перед уходом в тот день!»

Видно, что его нехиленько так бомбит.

Замираю, обдумывая.

Прикроватная тумба?

Та самая, которую грузчики вывезли вместе с остальной мебелью из нашего дома?

«Ничего я там не видела», — отвечаю, хотя внутри уже шевелится неприятное подозрение. Сейчас и не помню даже, заглядывала ли туда вообще. А грузчики вывозили мебель без моего присмотра. Кто знает, что они там нашли…

Но расходы расходами, а Арнак должен мне гораздо больше этого.

И мне уже плевать, насколько меркантильной сучкой он будет меня считать.

Пишу ему: «Что ж ты мне за дом и за совместно нажитое не прислал половину? Зажилил? Или те деньги на карманные расходы, которые ты якобы оставил — это и все?»

Отправляю сообщение, чувствуя, как от обиды дрожат пальцы.