Плохая маленькая невеста - Меган Брэнди Страница 42

Протягиваю руку, чтобы дотронуться до отпечатка, но его рука обхватывает мое запястье. Судя по тому, как голова Энцо резко поворачивается в мою сторону, я бы сказала, что для него это было такое же подсознательное движение, как и для меня.

Мой взгляд возвращается к его шее, и, как будто он только что понял, почему я вообще потянулась к нему, могучая грудь вздымается. Вместо того чтобы отстраниться, он осторожно подводит мою руку ближе к своему воротнику.

Я встречаюсь с ним взглядом, и, клянусь, моим глазам словно приказывают сосредоточиться на том месте, которое я заметила.

В моей голове смятение. Я не могу унять трепет внутри себя.

Страстное желание разливается где-то в глубине.

Все это не имеет смысла, но я…

Медленно мои пальцы приближаются к красной отметине, и, когда я чувствую шершавые порезы, у меня перехватывает дыхание. Его кожа, она как будто обожжена. Буквально горячая на ощупь.

— Что ты сделал…

То, что хотел сделать уже давно.

Наши взгляды встречаются, и, клянусь, между нами вспыхивает электричество. Мы – как два оголенных провода, прижатых друг к другу.

Энцо не произносит ни слова.

Он отпускает меня, пятится и выходит за дверь.

Как будто мы не остановились посреди такого интересного разговора.

Как будто он не сказал пару минут назад, что остановит меня, если я попытаюсь сбежать.

Смотрю ему вслед, а точнее на дверь, за которой он скрылся, и у меня в голове все переворачивается, когда раздается оглушительный звонок, за которым следует еще один. Мой взгляд падает на белый пакет с надкушенным яблоком, и я нерешительно заглядываю внутрь. Там лежит телефон на бархатной салфетке.

Легкая улыбка появляется на моих губах, когда я достаю его. Он кажется невесомым, мелкие стразы подчеркивают нежный нефритовый цвет корпуса.

Телефон снова звенит в моей ладони, и я резко втягиваю воздух. На экране высвечивается конверт, предупреждающий о пришедших сообщениях, но не это заставляет мои коленки дрожать, а фотография на экране блокировки.

Это мы с Энцо в тот день, когда журналистка приняла меня за Роклин.

Моя спина прижата к перилам, он наклонился ко мне, и его рука лежит на моих бедрах, а моя – у него в волосах. Выражения наших лиц заставляют меня покраснеть. Мы выглядим скандально. Мы выглядим увлеченными друг другом.

Мы выглядим так, словно влюблены.

Телефон снова вибрирует, и я провожу пальцем вверх.

Мой выдох замирает в груди, когда я нахожу изображение на заставке. Пока что в телефоне нет никаких приложений, поэтому видно все и сразу.

Энцо в своих темных брюках. Он сбросил рубашку, оставшись в белой майке. Это селфи, но я нисколько не удивляюсь, что такой мужчина, как он, сделал селфи, потому что… это чертовски хороший кадр.

Он полулежит в модном кресле, которое я никогда не видела, лениво наклонив голову, как будто ему хотелось продемонстрировать свой профиль – резкие линии подбородка и изгиб полных губ, сжатых вместе; темные глаза устремлены в никуда.

Но вовсе не от этого кровь закипает у меня в жилах. Дело в ракурсе, под которым сделан снимок: Энцо снял поцелуй, который я запечатлела на его шее в ресторане.

След, оставленный помадой, – он все еще у него на шее.

Только теперь это не помада. Он набил татуировку поверх моего поцелуя.