Лис и Теа. Роквью - Яна Гаврилова Страница 43

— Кто такой Лоусон?

— Мой хороший друг и наставник. Правда, ему очень нравится называть себя моим агентом.

— Он тоже студент?

— Преподаватель, – отвечает Алистер, а потом немного помедлив добавляет, – Может выпьем кофе?

Меня радует этот вопрос, потому что он даст мне возможность провести еще немного времени с Алистером и узнать его получше. А еще это отвлечет меня от мыслей, что я чертовски сильно хочу поцеловать его губы.

— Из того фургончика?

— Я беру кофе только там.

Алистер выключает свет, и мы выходим из галереи.

— Как ты начал рисовать? – спрашиваю я. Алистер запирает дверь галереи на ключ.

— Когда я был маленьким у меня были трудности с речью. Я все понимал, отвечал на вопросы, когда это требовалось, но мне было сложно выражать свои мысли словами. И тогда бабушка Хлоя принесла мне бумагу и цветные карандаши. Она сказала, что я могу рисовать то, что мне хочется сказать. Сначала это были простые рисунки, а потом я начал изображать на бумаге целые картины.

— Твоя бабушка определила твое будущее.

Алистер кивает.

— Точно. Со временем я научился выражаться словами, но вот рисование оставить уже не смог.

— Ты знаешь, что в доме Бостон есть твоя картина?

— Да, знаю. В прошлом году ее отец заплатил за нее неплохие деньги.

Мы подходим к фургончику с кофе и, как и в прошлый раз я заказываю капучино, а Алистер сладкий черный кофе. А еще он снова берет пончики и молочный коктейль, и я понимаю, что Алистер опять собирается навестить Адама и его брата

— А что насчет тебя? – вопрос Алистера застает меня врасплох

— Что насчет меня?

Парень немного медлит, прежде чем начать говорить.

— У тебя взгляд человека, в котором присутствует нить искусства, – произносит он, – От таких людей веет нечто особенным. Мне, кажется, ты в их числе, Теа.

Боже, он говорит такие вещи, от которых по моим рукам бегут мурашки.

— Теперь, нет.

— Не уверен, что имею право спрашивать причину, но могу сказать, что она того не стоит. В этом мире каждая творческая душа на вес золота. Не позволяй обстоятельствам погубить свою.

Каждое, сказанное Алистером слово проникает в меня вместе с воздухом. Но мою душу погубили не обстоятельства. Ее погубил вполне реальный человек из плоти и крови.

Мой отец.

Я ничего не отвечаю, просто потому что не знаю, что сказать. Я все же надеюсь, что меня пригласят на прослушивание для конкурса и моя душа вновь обретет надежду.

Как я и предполагала мы подходим к дому, где живут мальчики. Алистер стучит в окно и в нем загорается свет. Занавеска сдвигается в сторону и за стеклом появляется лицо Адама, но в отличие от прошлого раза мальчик не улыбается. Он чем – то расстроен, а его глаза блестят от слез.

— Адам, что случилось? – взволнованно спрашивает Алистер, когда мальчик открывает окно.

— Лис…, – всхлипывает Адам, – …Алек

— Что с ним?

Насколько я помню, Алек – это младший брат Адама.

— После ужина ему стало плохо, – объясняет мальчик между приступами плача, – У него болит живот…а еще рвота.

— Ты звонил своему папе?

— Его телефон не отвечает. Лис, мне страшно.

Полный страха взгляд Алистера перемещается на меня.

— Адам, ты можешь впустить нас? – я стараюсь сохранять спокойствие.

— Отец запирает их, когда уходит на работу, – хриплый голос Алистера полон ужаса.

— Нам нужно попасть внутрь. Как можно скорее.