Еще одна глупая история любви - Кэтлин Дойл Страница 44

Я делаю несколько осторожных шагов, крендель опасно качается на коробке с попкорном.

Чей-то палец стучит по моему плечу.

Я медленно поворачиваюсь и вижу мою одноклассницу Глорию, с которой мы дружили в старших классах, и ее парня Эмиля.

Каким-то образом (невероятно!) мне удается не разлить пиво и не рассыпать попкорн по проходящим мимо людям, когда я здороваюсь со старыми знакомыми.

— Я знала, что это ты, – объявляет Глория. – Эти уши я узнала бы где угодно.

Мои большие дурацкие уши на самом деле хорошо запоминаются. И я еще совсем недавно подстригся, таким образом подчеркнув мою наименее привлекательную черту. Что не имеет никакого значения, потому что, как я думаю, моя физическая привлекательность и мужская притягательность совсем их не волнуют. Я замечаю, что Глория беременна и на приличном сроке.

— Ждете ребенка! – радостно кричу я. – Поздравляю!

Эмиль кладет руку на ее живот.

— Мальчики. Близнецы. Можешь себе такое представить?

Я могу, а они будут великолепными родителями. И я не могу не почувствовать радость еще по одной причине. Их союз стал еще крепче, раз они решили скрепить его ребенком, а это доказательство моей правоты, это соответствует тому, на что я поставил, заключая пари с одной женщиной, которую не следует упоминать всуе.

— Вы оба будете строить совсем новые родительские отношения, – заявляю я.

— Это хорошо? – спрашивает Глория.

— Очень хорошо, – заверяю ее я.

— Что привело тебя сюда? – спрашивает Эмиль.

— «Кабсы», это же очевидно, – отвечает Глория, показывая на мой свитер. – У этой крысы хватило наглости болеть за врага на нашей территории, и при этом он даже не позвонил и не сообщил, что находится в городе.

— Ужасный человек, – соглашается Эмиль.

— Простите! – говорю я. – Я прилетел только сегодня во второй половине дня. Я собирался вам написать, клянусь. Неужели вы думаете, что мне не хочется полежать у вашего бассейна, глядя на каньоны?

— Откуда ты знаешь, что наш бассейн выходит на каньоны? – спрашивает Глория. – Ты следишь за нами?

— Да, – с самым серьезным видом отвечаю я. – Я на самом деле живу в машине перед вашим домом. У меня есть телеобъектив, с помощью которого я могу смотреть прямо сквозь ваши окна.

— Отлично, – кивает Глория. – А я как раз думала, как найти хоть какое-то доказательство, чтобы отправить тебя в тюрьму, где место всем болельщикам «Кабсов».

Я смеюсь и едва не роняю свою ношу. Крепче сжимаю пластик новых пивных кружек. Я не могу выплеснуть «Coors Light»[40] на беременную даму.

— Ты здесь с кем? – интересуется Эмиль.

— А, вот вы где, – звучит голос у меня за плечом. – В туалет была огромная очередь. Все раковины замазаны голубой краской для лица, просто коркой уже покрылись.

Я резко разворачиваюсь на звук этого голоса.

Крендель врезается мне в грудь, измазывая свитер горчицей. Я пытаюсь вернуть его на коробку, но тут из нее вылезает попкорн и дождем падает как съедобное конфетти на меня и – на кого же еще из всех людей? – Молли Маркс.

— Черт побери! – кричу я. – Прости.

Одна кружка выскальзывает у меня из руки, я пытаюсь ее поймать, но вместо этого шлепаю по ней в воздухе, и все восемнадцать унций[41] словно душем омывают ключицу, ложбинку и фирменную футболку «Доджерсов» на женщине, которая велела мне прекратить отправлять ей сообщения после того, как я признался ей в своих чувствах.